яя

ivkonstant


Илья Константинов


[sticky post]Верхний пост
яя
ivkonstant
В комментариях  возникают недоразумения. Чтобы каждый раз одно и  то же не проговаривать, пишу сюда.  

С кем я не воюю и никогда не воевал:

Read more...Collapse )

(no subject)
яя
ivkonstant
Сегодня Верховный суд Российской Федерации отменил все (!) решения судов о продлении меры пресечения Даниилу Константинову (то есть почти 3 года в тюрьме). Связано ли это с решением Европейского суда по правам человека или ВС давно понятно, что происшедшее с моим сыном было беспрецедентным и таковым остается в новейшей истории России - уже не столь важно. Важно,что почти три года молодой человек, ни разу в жизни не совершавший ничего противозаконного,  провел  в тюрьме - то ли в качестве заложника у преступников в погонах, то ли по просьбе "уважаемых людей".

Сегодняшнее решение ВС - утешение, конечно, но слабое. Никто не вернет нам три года жизни, никто не вернет саму жизнь моей матери.

ПС. Обращение к преступнику-следователю Алтынникову: верните украденный паспорт моего сына! Я не прошу вернуть украденные вещи, но верните российский паспорт!

ППС. Еще раз спасибо всем нашим адвокатам, чьи профессиональные качества выше всяких похвал. Большое спасибо всем друзьям, знакомым и незнакомым, чья поддержка была неоценимой. Просто неоценимой.

(no subject)
яя
ivkonstant
Тем, кому еще вдруг интересно. 20 июня состоится заседание Президиума Верховного суда РФ, на котором будет рассмотрен вопрос о возобновлении производства по делу Даниила Константинова. Мотивировка: ввиду "новых обстоятельств". Начало - в 9.30, адрес улица Поварская, 15, подъезд 3. Заседание открытое. Что там будет происходить - неизвестно, но я подойду.

Агония социального государства
яя
ivkonstant
Я ждал этого намного раньше.
Ну ладно, допустим до 1996 года технология управляемых выборов еще не была доведена до совершенства и  власть побаивалась вполне предсказуемой реакции избирателей. А потом был дефолт 1998 года - не до пенсионной реформы. А потом операция "Преемник": демонтаж пенсионной системы все откладывался и откладывался.

Но, что мешало разрубить пенсионный узел в 2014, под аккомпанемент сладких грез о русском мире? Трудящиеся еще и спасибо бы сказали, что им придется подольше трудиться на благо поднимающейся с колен империи.
Это куда весомее, чем мундиаль (слово-то какое, не перестаю радоваться).
И даже если нашей сборной будет сопутствовать определенный, даже бурный успех (пробирки с мочой еще никто не отменял) - это едва ли сильно утешит миллионы граждан предпенсионного возраста.
Я понимаю, что "слуги народа" считают всех, кто мало украл, дегенератами, но не до такой же степени?

Впрочем, подопытное население за десятилетия "непопулярных реформ" уже настолько привыкло к экспериментам на живом теле, что можно смело предсказать:"пипл" в очередной раз все схавает.  Тем более, что сладкоголосые телевизионные сирены уже вовсю поют о пользе позднего выхода на пенсию для здоровья и кошелька будущих пенсионеров.

Насчет здоровья долго распространяться не буду, поскольку на "не понаслышке" знаю, что бесплатная медицина скорее мертва, чем жива.  К слову сказать, недавно я эмпирическим путем выяснил, что в травмопунктах ликвидировали ставки хирургов и теперь там лишь мажут йодом царапины и посылают подальше (в дежурную больницу, например). Где, в свою очередь, другой хирург на неделю занят на плановых операциях и приема вести на может (приходите через три дня, а пока антибиотики попейте). А при заоблачных расценках платных медиков особо не разживешься.

Да и для пенсионного кошелька особого навара не предвидится: впереди очередная демографическая яма, удельный вес работающих будет и дальше падать.
А значит пенсии останутся нищенскими. А что делать, ведь не поднимать же налоги на социально близких? А "пипл" перетопчется.

Впрочем, об этом сегодня не говорит только ленивый.

Меньше разговоров о социальных последствиях пенсионного облома: о том, что сокращение возраста дожития лишит миллионы россиян отдушины садоводства (благодаря которой, во многом и удавалось до сих пор переживать людоедство бесконечных реформ), о грядущем  исчезновении векового института бабушки, как старшей матери, о влиянии этого на рождаемость и на те самые "скрепы", которыми якобы так дорожат власть имущие...

Нужно отдавать себе отчет: по большому счету Россия широко шагает к полному демонтажу социального государства, того самого, что было построено во многом за счет личной свободы. Прорабы перестройки обещали нам больше свободы при сохранение всех социальных достижений.

А сейчас мы стремительно приближаемся к дивному миру, где и социальные гарантии и свобода личности останутся лишь в виде легенд о некогда существовавшем Золотом веке, который то ли был, то ли не был?
Скорее, его никогда не было.

(no subject)
яя
ivkonstant
Не перестаю удивляться, насколько прозорлив был Оруэлл: "Кто владеет настоящим, тот владеет прошлым. Кто владеет прошлым, тот владеет будущим".
Это я в связи с появившейся в печати информацией о существовании секретного приказа, предписывающего уничтожать учетные карточки бывших заключенных по достижению ими (живыми или мертвыми) 80 лет. Если, конечно, такой приказ действительно существует
Но я почему-то в данном случае склонен верить журналистам. Жизненный опыт, знаете ли...

Независимо от того, какими мотивами руководствовались авторы этого документа (может быть - экономическими: чтобы всякий "мусор" не занимал драгоценную нежилую площадь, где можно организовать склад пиломатериалов, например), повторяю - независимо от мотивов, решение это чудовищное. Бывших зэков, фактически, уничтожают во второй раз, поскольку пока жива хоть крупица памяти, жив и человек.

Все это прекрасно иллюстрирует нравственный уровень руководящего состава силовых министерств и ведомств. У них не только что рука, ни один мускул не дрогнет, если "братия" скажет "Надо"! А многие и  по собственному почину готовы.
Из любви к искусству, так сказать.

Какими же мы были наивными, списывая злодеяния прошлого на коммунистическую идеологию и закрывая глаза на человеческую натуру.
Да и идеология-то эта в эпоху ее заката была не более, чем оформлением овладевшей обществом душевной лености.

Идеология почила, а потенциальных и актуальных палачей среди нас - пруд пруди.  И тоталитаризм никуда не делся, просто изменил форму. Я бы даже осмелился предположить, что якобы побежденный "свободным миром" тоталитаризм коварным образом разлился по всей планете и самые его спелые плоды ожидают нас впереди.

"Что же делать, с чего начать"? - спрашивают нетерпеливые юноши.
Во-первых, соблюдать правила личной гигиены: не идти в палачи, не поддерживать палачей, не дружить с палачами.
А, во-вторых, иметь смелость называть вещи своими именами.

Может быть, это и не достаточные условия гуманизации общества, но очевидно - необходимые.

(no subject)
яя
ivkonstant
Мое довольно пространное интервью на разные историко-политические темы



https://zonakz.net/2018/06/05/pri-nalichii-kurinoj-nozhki-piva-i-popkorna-podnyat-trudyashhegosya-na-realnuyu-akciyu-protesta-mozhet-lish-nechto-chrezvychajnoe/

Аллергия
яя
ivkonstant
Есть Слова и слова...Одни весомые, тяжелые, как свинец, неподвластные коррозии, как драгоценные металлы. Такими написаны Библия и древние саги, такими и сейчас иногда говорят люди, которым есть, что сказать ближним, что поведать граду,  миру и, может быть, даже сообществу черных дыр. Такие слова равны делу, а иногда и значимее его.

И есть слова легкие, невесомые, как тополиный пух, необязательные и быстрорастворимые в потоке времени. Пользы от них никакой, но и вреда особого, кажется, нет. Но это только кажется: некоторые задыхаются в этом потоке легковесных звуков, как аллергики в тополином пуху.

Как же его звали? Марс, кажется. Суровая воинственная кличка. мы -то, конечно, звали его Марсиком. Он был еще щенком, щенком лайки - едва ли чистокровным - мохнатый, крупнолапый, с почти человеческими глазами. Кто из нас был умней: дошколенок Ильюша, или трехмесячный Марсик, судить не берусь. Мы вместе с ним ходили в местный клуб смотреть кино, он тихо сидел под моим стулом, не издавая не звука, и кажется сопереживал происходящему на экране. Контролеры знали необычайную деликатность собаки и, в порядке исключения, пускали его в кинозал.

Когда же это было-то?  Наверное, в 1961 году, тогда родители в первый и последний раз взяли меня с собой в геофизическую экспедицию.
Кольский полуостров, поселок Варзуга на берегу одноименной реки, граница тайги и тундры: неторопливые, молчаливые люди, работящие вертолеты, черная от старости поморская изба, оленьи нарты, собачьи упряжки и непередаваемое ощущение счастья настоящей жизни, такого острого, какого я никогда больше не испытал.

Как я ревел, когда мы уезжали из Варзуги. То ли оттого, что расставался с преданным Марсом, хорошо подросшим за те несколько месяцев, на глаза превращавшимся из пушистого щенка в широкогрудого строгого кобеля. Он провожал нас на вертолетной площадке, тревожно следил влажными непонимающими глазами за нашей посадкой в вертолет, но не лаял и не скулил, ведь он получил команду "Сидеть" и как порядочный пес, должен был исполнять ее беспрекословно.

-- Не плачь, - успокаивал меня отец, - Марсу нечего делать в городе. мы оставили его хорошему хозяину, он станет настоящей охотничьей собакой. Но я не унимался, чувствуя, что прощаюсь не только с Марсиком, но и тем ощущением счастья, которое посетило меня в том маленьком северном поселке.

Это был первый серьезный поворот в моей жизни: я чувствовал непреодолимую пропасть между Варзугой и Ленинградом, между лесотундрой и асфальтом, между делом и словом. В том нежном возрасте меня неудержимо тянуло к делу. Выбор за меня сделали другие.

Впрочем, я не сильно сопротивлялся, с каждым годом все глубже погружаясь в необременительный мир книжных и киношных фантазий.
А потом школа, где учителя пугали нас рабочей жизнью: "Будешь так себя вести - всю жизнь у станка простоишь". Вот ужас-то: вместо того, чтобы тихо продремать жизнь в каком-нибудь НИИ, или гордо просидеть за столом в президиумах - простоять у станка!

Я не очень-то пугался, ведь в те доисторические времена мне был еще неведом основной закон "цивилизованного" общества: чем тяжелее труд, тем ниже он ценится.
На экономическом факультете Ленинградского университета профессора пытались нас убедить нас, что в советском обществе все обстоит иначе - каждый получает по труду. Но мне приходилось много подрабатывать (от штамповщика до грузчика), и я был уже достаточно искушен в жизни, чтобы понимать: каждый получает по должности. И чем выше должность, тем меньше дела, но больше слов. Но не любых, а обязательно - лживых, гладких и пустых, чтобы слушатель ни в коем случае не мог их запомнить, а тем более - воспроизвести.

Все это я понял довольно рано, но почему-то упорно не желал применять свои знания на практике, вечно меня тянуло называть вещи своими именами, все мне хотелось произнести не слова, а Слово, за что жизнь постоянно норовила меня наказать.

По молодости я списывал это на коммунистическую идеологию, наивно полагая, что в неком "свободном" обществе все обстоит иначе.
И поэтому с восторгом встретил перестройку.

Очертя голову я рубил правду-матку.

-- Неглупый ты мужик, - говорил мне Григорий Явлинский за чашкой кофе, - И часто говоришь правильные вещи. Но всегда не вовремя, слишком рано. Политик должен уметь ждать.

Я не умел, видно не рожден был политиком. А Григорий Алексеевич продолжает ждать по сию пору - настоящий политик.

Потом был 1993, когда от слов искрило, как от оголенных проводов. "Восемнадцатое брюмера" Бориса Ельцина....

И правдивое Слово постепенно стало табуированным, уступая место тополиному пуху ничего не значащих слов и однодневных словечек.
Прошла четверть века, и Слово окончательно вымерло. По улицам наших городов ветер гоняет ядовитые лексикон телеведущих и невесомый фейсбучный пух.

Поединок Слова и Дела завершился  вырождением слова в болтовню, а дела  - в преступление.
Остались лишь слова и дела с маленькой буквы. Ну, и то - хлеб. Ведь многие из нас, как наркоманы - тянутся к словам, хотя и страдают от  аллергии на пустословие.

А я по прошествии более чем полувека опять вспоминаю Варзугу, лесотундру и преданные собачьи глаза.
Как-то слышал от старых знакомых отца, что кобель Марс прожил достойную жизнь охотничьего пса. Собакам проще - они не знают искушения .словом.

Людям труднее - говорить для нас, как дышать.

(no subject)
яя
ivkonstant
Пробыл целую неделю на даче. Не смотрел телевизор, не слушал радио и не включал компьютер.
Зато посадил грушу. Но тут похолодало и я переживаю за нежный саженец, хоть он и высажен в грунт с корневой системой.

Вернувшись в Москву, по-привычке врубил ноутбук и выяснил, что принц Гарри женился, Путин о чем-то говорил с Меркель, а Вексельберг что-то кому-то выплатил...

В недоумении почесав отросшую бороду, я вдруг усомнился в существовании принца Гарри, Меркель и Вексельберга,
поскольку никого из них вживую не видел. А вдруг это голограммы? Даже, скорее всего.
Путин - другое дело. Его я когда-то видел, хотя один из моих внуков и усомнился в реальной возможности встретиться с таким великаном.
Впрочем, эта встреча произошла так давно, что я и сам сомневаюсь в ее реальности.

Тем более, что еще вчера я жил среди птиц (у меня на участке гнездятся соколы), цветов и людей, для которых никакого принца Гарри на белом свете не существует, а самое высокое начальство - участковый милиционер и сотрудник ближайшего пенсионного фонда.
Никакой войны в Сирии они не знают (ни разу не слышал, чтобы кто-то из соседей обсуждал эту тему), да и сама Сирия для них (или для нас?) легендарна, словно планета Нибиру.

Путина уже тоже почти не обсуждают: он стал такой же привычной частью информационного пейзажа, как близлежащее озеро или сосновая роща, что по дороге на станцию.

Вернувшись из этой деревенской идиллии, я с трудом, чувствуя сильное раздражение, погружаюсь в мир голограмм, разномастных политических великанов и прочей городской мифологии.

А нужно ли? За эту неделю произошло так много событий, но в сущности ничего не изменилось. А если бы даже и изменилось, то вне всякой зависимости от моих воли и желания.  Ко всем этим голограммам я не имею ни малейшего отношения, как и к планете Нимиру, которая то ли существует, то ли нет.

Умом я понимаю, что где-то льется кровь и гибнут люди, но никак не способен их защитить. И даже не представляю, что нужно делать, чтобы реально помочь, а не навредить. Абсолютная беспомощность личности перед могуществом преступных сообществ.

Так, может быть, мудры мои дачные соседи, обсуждающие лишь погоду, виды на урожай, да вчерашнюю выпивку?

(no subject)
яя
ivkonstant
Все-таки праздник, хотя и с горьковато-солоноватым привкусом. Таким он был в нашей семье. Бабушка, вздыхая, вспоминала своих погибших на войне братьев, роняла слезу по умершей от тифа и отсутствия лекарств старшей дочери. И все время приговаривала: Господи, лишь бы больше не было войны.

Мать обычно вспоминала, как их эшелон, на котором ее ребенком увозили из Ленинграда в эвакуацию, попал под бомбежку.
Как страшно гудели "Юнкерсы" и грохотали бомбы, как они бежали сломя голову в ближайший овраг и лежали там, зарывшись головой в бурьян.

Отец - ребенком переживший первый страшный год блокады и эвакуированный зимой 42-го по льду Ладожского озера, войну не вспоминал, только морщился и много курил.

Дед сурово хмурил кустистые брови и поднимал рюмку специально припасенного для такого случая коньяку.
-- За тех, кто не вернулся! - это был первый тост, пили не чокаясь.
А уж потом:
-- За победу!

Наград своих дед никогда не надевал, считал, что не достоин. Он, будучи с детства инвалидом, на фронт не попал, проработал всю войну главным конструктором военного завода и немного стеснялся этого.

Тетя Клава - сестра бабушки, дошедшая до Берлина военным переводчиком, наград обычно тоже не надевала, разве только на встречи с однополчанами, и никогда не рассказывала о войне. От вопросов отмахивалась, закуривая очередную папиросу, вздыхала и прищуривала глаза, вспоминая что-то тяжелое и неподходящее для малолеток. Всю оставшуюся долгую жизнь она прожила в коммуналке.

Но 9 мая в семье отмечали всегда, как день окончания кошмара, который никогда не должен повториться.

Вот и я завтра подниму рюмку за тех, кто не вернулся, за тех кто ушел, за своих близких и далеких - не чокаясь.
И вторую, чтоб никогда не повторилось.

Зоны смерти
яя
ivkonstant
Зона смерти в Мировом океане увеличивается. Точнее, не зона, а зоны, поскольку их много - этих пятен на карте, где из-за недостатка кислорода почти нет жизни. Недавно выяснилось, что практически весь Оманский залив является такой зоной смерти. А общая площадь таких безжизненных районов в Океане составляет 8-10 процентов его площади. Говорят, что омертвение Океана - результат человеческой деятельности и глобального потепления (вроде, тоже - наша работа).

Впрочем, кому война, а кому мать родна: непосредственный создатель зон смерти - маленькая бактерия SAR11, которая поглощает сбрасываемые человеком в воду нитраты, и выделяет азот и нитриты. И в этом химическом аду SAR11 прекрасно себя чувствует и быстро размножается. По крайней мере, так утверждают экологи.

Это я к тому, что жизнь на земле, скорее всего не исчезнет: всегда найдется какой-нибудь SAR11 или SAR12, для которого все человеческие помои - изысканные деликатесы.

А чем хомо сапиенс хуже примитивного микроба?
Некоторые из нас тоже прекрасно себя чувствуют в мертвящей среде наших бетонных муравейников: дышат выхлопными газами, питаются телевизионным фастфудом, а выделяют чистое безумие и рафинированную агрессию.

Изредка этакий "SAR12" сходит на выборы, проголосует за твердую и последовательную политику расширения "зоны смерти", и снова с увлечением прильнет к телевизору/ компьютеру, дабы погрузиться в увлекательную геополитическую игру под названием "Святая Русь против Мирового зла" (или наоборот -"Прогрессивное человечество против кровавого режима").

Это я не к тому, что не существует мирового зла или кровавых режимов - еще как существуют. Только главными их воплощениями являются вовсе не американский авианосец Гарри Трумэн, не северокорейские ракеты, отдаленно напоминающие эпохальные ФАУ - 2 фон Брауна, и даже не российский гиперзвуковой "Кинжал".

Основа нынешнего миропорядка - легкомысленный потребитель пива, попкорна и телевизионных новостей, независимо от гражданства, национальности и религиозной принадлежности.

Ключевое слово здесь - легкомысленный. Легко выбросит пустую упаковку в форточку, легко переключит телевизор на футбол, легко выберет президентаSAR, легко поддержит войну (пока она лично его не опалит). Все легко, все игра, смерти нет, а есть перезагрузка. Он ничего, кроме собственного запора, не принимает близко к сердцу.

И правильно делает: представляете, что стало бы с человеком, пропустившем через свою нервную систему все демонстрируемые по телевизору муки и ужасы? Он или возвысился бы до святости, бросившись помогать несчастным, но по неумелости и нерасторопности только навредил б страждущим. Или (что вероятнее) приобрел бы одеревенелость, свойственную профессиональным бойцам скота, палачам и некоторым судьям. И в том и в другом случае - судьба незавидная.

Отношение к реальности как игре спасает обывателя от нервных перегрузок, а планету Земля - от вмешательства некомпетентного энтузиазма. Ибо планета "Земля" - система саморегулируемая и не нуждающаяся во внешнем управлении (особенно некомпетентном).

Планета "Земля", полагаю, продолжит свой многопарсековый марафон по космическим просторам и дальше. Весь вопрос в том, останется ли на ее борту человек?

Этот, ранее чисто теоретический вопрос, в наше время переходит уже в практическую плоскость. Продолжающееся безумие гонки вооружений, рост народонаселения, хищническая эксплуатация природы, обостряющаяся проблема отходов и, как вишенка на торте, угрожающие изменения климата...

Гольфстрим течет все медленнее. А это значит, что в Южной Африке будет все жарче, а в Северной Европе - все холоднее. И очень скоро все мы почувствуем сию метаморфозу на собственной шкуре.

И вот здесь без вмешательства человека уже не обойтись. Но этого эпического героя, способного остановить самоубийственную активность человечества, пока не видно.

Проблема в том, что мы не можем договориться. Даже среди ученых-климатологов нет единства по самому насущному вопросу: идет процесс потепления или похолодания? Казалось бы, есть многолетние объективные данные, которые вопиют о потеплении. Но не везде и не постоянно. Есть зацепка для альтернативной позиции. А, главное, есть субъективные интересы, есть давление политиков, лоббирование бизнеса и пр. В результат - полный раздрай.

Становится уже очевидным, что дальнейшее хаотическое, стихийное развитие человечества чревато катастрофой. Чувствуется необходимость глобального регулирования. Но как его осуществить?

Довольно популярная концепция "глобального полицейского" (в лице США) дает явные трещины.
И дело даже не в брутальном поведении российского руководства, возжелавшего "порулить" во всемирном масштабе.

Сегодняшней России по силам роль анфан терибля в в благородном семействе: замызгать скатерть, разбить любимую папину чашку, дернуть кошку за хвост...
Это, конечно, нервирует "взрослых", но не способно всерьез изменить сложившийся семейный уклад.

А вот стремительное развитие восточных гигантов - Китая и Индии - перетаскивающих в Азию мировой финансово-экономический центр - это уже серьезно.
И едва ли США и их союзники в состоянии переломить неблагоприятную для них же историческую тенденцию.
Так что, мир пока еще остается однополярным. Но лидирующая роль этого полюса силы в долгосрочной перспективе не очевидна.

Из этого вытекает большая вероятность наступления относительно длительного периода геополитической неустойчивости. И именно в тот момент, когда развитие цивилизации впервые настоятельно требует если не единства, то хотя бы консолидации человечества перед лицом общепланетарных угроз.

Что нас ожидает в ближайшие десятилетия?  Войны, хаос, экологические бедствия, вымирание целых народов?
Или мы все-таки найдем в себе достаточно мудрости, чтобы пойти на взаимные уступки и научимся договариваться?

Сумели же, кажется найти общий язык лидеры КНДР и Южной Кореи (под благожелательным присмотром Пекина и Вашингтона).

Прямой и ровной дороги в будущее, судя по всему, у нас нет. Ее нужно еще вымостить.
Альтернатива на будущее выглядит так: или ведущие государства мира будут действовать согласованно, или нас ожидает трогательный симбиоз SAR11 c неким SAR с неопределенной цифрой в оконцовке, отдаленно напоминающий некогда разумного человека.

?

Log in

No account? Create an account