June 18th, 2013

яя

Абсурд и издевательство

Как ни странно, неприглядный Чертановский суд производит более благостное впечатление, чем сверкающий Симоновский. Никто не зверствует, зазря не лютует. Хотя наш самый гуманный остается нашим самым гуманным. К какой-то старушке приезжала Скорая - она была совсем плохая, а как не быть, когда квартиру отобрали? И никто уже не вернет.

Надежда - не то чувство, с которым приходишь в суды.

Сегодня было закрытое заседание. Поручителями выступили Андрей Пионтковский (его представлять не нужно), писатель Роман Сенчин, поэтесса Елизавета Емельянова-Сенчина, поэтесса Алина Витухновская, правозащитник, глава РОД Наталья Холмогорова, правозащитники (Мемориал) Сергей Давидис и Анна Каретникова, муниципальный депутат Алексей Приходько. Огромное всем спасибо за то, что потратили свое время и силы...

Итог: срок содержания под стражей продлен на полгода (еще раз: фактически незаконное лишение свободы абсолютно невиновного человека). Ему также отказано в ознакомлении с теми материалами дела, с которыми он не успел ознакомиться благодаря жульничеству следователя Алтынникова. Мотивировка более чем странная: " у суда нет технических возможностей". В переводе с канцелярского - конвой не хочет заморачиваться, а судейские не хотят ездить в изолятор. Как это соотносится с УПК? Никак. Но это дело вообще с правом никак не соотносится. Или относится наоборот: когда будут судить причастных к тяжелейшему преступлению: фальсификации уголовного дела. Хоть кого-то, хоть стрелочника.

Адвокатам милостиво разрешили доознакомиться, Даниле - нет.

Заседание прервано до 26 июня. Оно тоже будет закрытым. И начнется оно с того же сакраментального вопроса: можно ли судить человека, не просто непричастного, но и незнакомого с материалами дела.
яя

Социология протеста

Многие парадоксы нынешней политической ситуации в России становятся понятными в свете тех данных, которые содержатся в недавнем социологическом опросе, проведенном Центром социологических исследований РАНХиГС при президенте.

Сколько было сказано гневных слов о «креативном классе», выходившем на Болотную площадь с белыми шариками, сколько споров породили совместные акции либералов, левых и националистов, какими только эпитетами ни награждали членов Координационного Совета оппозиции.

А, между тем, результаты работы социологов (вполне лояльных власти, между прочим), свидетельствуют, что такие «противоестественные» политические альянсы абсолютно естественны в сегодняшней России.

Каковы результаты опроса?

Во – первых, полностью удовлетворены нынешней политической ситуацией в стране лишь 6% респондентов.

13% опрошенных, по разным причинам, считают, что в российской политике в настоящее время ничего менять не нужно.

При этом 87 % населения выступает за политические перемены. Это не просто большинство, это подавляющее большинство! Значит, политические перемены обязательно будут.

Другое дело, что характер желательных для наших соотечественников изменений остается за рамками обследования, но можно не сомневаться – единства мнений в этом вопросе нет. Более того, рискну предположить, что разные социальные группы и слои выступают за разные, может быть, прямо противоположные направления трансформации политической системы.

Но главная линия водораздела проходит не между сторонниками разных форм и способов политических перемен, а охранителями и сторонниками трансформации.

Это отнюдь не уникальная ситуация, любой авторитарный режим ставит граждан своей страны перед выбором: стабильность любой ценой, или перемены с непредсказуемым результатом.

Итак, большинство россиян за перемены.

Но тут возникает новая линия водораздела: эволюционный или революционный путь?

Понятно, что после свежих еще в памяти потрясений 90-ых, основная масса наших сограждан опасается любых резких движений и выступает за «умеренный прогресс в рамках законности» (72%).

Характерен социальный портрет этого большинства: бюджетники, офисные работники, пенсионеры и прочие лица, живущие на социальные пособия. Уровень доходов – средний и ниже среднего, но доход стабильный.

За быстрые и радикальные изменения политической системы выступает 13% населения. Это и есть база протестного движения.

Кто же входит в это революционное меньшинство? Лица свободных профессий, предприниматели и (внимание!) низкооплачиваемые малоквалифицированные работники.

Вот вам и «союз труда и капитала».

Разумеется, политические предпочтения предпринимателя и «работяги» сильно разнятся, но и тот и другой стремится к политическим сдвигам, связывая с ними надежды на перемены к лучшему. Стабильность им не нужна.

Теперь нам понятно, почему либералы и левые прекрасно уживаются в одних протестных колоннах.

Несколько сложнее обстоит дело с националистами, поскольку среди них встречаются представители самых разных социальных слоев.

Но и этому есть объяснение: в основе современного российского национализма лежит проблема массовой миграции. Многочисленные мигранты являются серьезным раздражающим фактором для коренного населения. Но непосредственно страдают от наплыва гастарбайтеров, прежде всего, те самые «работяги», которые проигрывают конкурентную борьбу на рынке труда. Ну и, пожалуй, представители мелкого и среднего бизнеса, сталкивающиеся с давлением хорошо организованных этнических сообществ (в сфере торговли, например).

А это, опять-таки, те самые социальные слои, которые составляют основной массив «революционеров».

Так что, союз либералов, левых и националистов не химера, не результат усилий коварного госдепа, а натуральный отечественный продукт, следствие специфики современной социально-политической ситуации.

И приходится только удивляться, что этот союз столь слаб и неустойчив.