August 8th, 2014

яя

Ни дня без скандала

Теперь я знаю, кто в России Пятая колонна...

Пока поставлю только репортажи тех, кто присутствовал на сегодняшнем заседании. Твиттер РОД, журналистов различных изданий, фотографии и видео (не мои).

Большой видеорепортаж и собственную заметку сделаю завтра.

Выступает гособвинитель (произошла замена, вместо Ильина - Толстых). Просит продлить срок содержания в СИЗО на три месяца. Без мотива...
Гособвинитель не ссылался на статьи закона, согласно которым надо продлить заключение.
Адв. Д. Зацепин упоминает о том, что недавно Мосгорсуд сократил срок содержания под стражей.

Выступает Д. Константинов: "Единственное обоснование гособв.: что прежний срок истекает, и неплохо было бы продлить срок еще на три месяца".

Collapse )
яя

Эпидемия воинственности

О войне в нашей семье все - и мужчины и женщины - говорили с ужасом и отвращением.
Мать вспоминала, как немецкие Юнкерсы с воем пикировали на эшелон эвакуирующихся из Ленинграда стариков и детей, отец нехотя рассказывал о блокадном голоде, а бабушка начинала плакать, и только повторяла: "Лишь бы не было войны".

Именно поэтому для поколения родителей, да и для нашего поколения - родившихся в конце 50-ых-начале 60-ых - война была абсолютным злом, и хотя все вокруг повторяли слова популярной песни: "Да, мы умеем воевать", но ударение делалось на следующей строке - "но не хотим, чтобы опять солдаты падали в бою на землю грустную свою".

Да, шла война в Афганистане, где наши ребята, как было принято тогда говорить: "исполняли свой интернациональный долг", иногда приходили похоронки, но это случалось нечасто, а главное, происходило так далеко, что не затрагивало покоя большинства обывателей. Народ жил в мире: богато ли, бедно ли, плохо ли, хорошо - но в мире.

И поэтому, когда СССР закрутил водоворот политических катаклизмов конца 80-ых - начала 90-ых годов, почти никто не верил в грядущую большую кровь.
И первые межнациональные конфликты в Ферганской долине, в Нагорном Карабахе, потом в Южной Осетии не слишком напугали политизированную питерскую и московскую публику - слишком далеко, нас это не коснется.

Хорошо помню весну - начало лета 1991 год: споры о будущем СССР, о новом Союзном договоре. Всякие были у людей опасения, но в возможность большой гражданской войны никто не верил. И когда я опубликовал в ленинградской газете "Смена" статью о необходимости хоть как-то сохранить Союз, переформатируя, договариваясь, соблюдая жизненные свои интересы, мотивируя это, в том числе, и опасностью гражданской войны, большинство знакомых удивилось и посмеялось над моими опасениями. "Ты с ума сошел, - говорили мне друзья, - какая война, кто с кем будет воевать? Все мы читали одни книжки, пели одни песенки. Ничего страшного не случится".

Collapse )