November 6th, 2014

яя

Ответил на вопросы

полностью здесь:

Проблема политических заключенных мне известна только на материале современной России, поэтому, отвечая на вопросы, я буду опираться исключительно на российский опыт.

1. К политическим заключенным, на мой взгляд, следует относить всех оппонентов нынешнего политического режима, пострадавших из-за своей политической деятельности, независимо от того, к какому политическому направлению они принадлежат и какую идеологию исповедуют.

«Мемориал» и Союз солидарности с политзаключенными имеют неплохой опыт проведения такого рода экспертиз, и этот опыт должен быть востребован.

Другой вопрос, что списки политзаключенных в современной России, конечно, должны быть существенно расширены, и к этой работе следует привлекать более широкий круг экспертов.

Степень радикализма политических взглядов и идеологических предпочтений заключенного ни в коей мере не должна влиять на признание или непризнание его политзаключенным.

Сложнее обстоит дело с обвинениями в преступлениях, связанных с насилием. Понятно, что откровенные убийцы и насильники, каких бы взглядов они ни придерживались, не заслуживают моральной поддержки общества, следовательно – не должны признаваться политзаключенными.

Однако бывают случаи, когда насилие носит ответный характер и является формой самозащиты. В этом случае оно оправдано. Как, например, в «болотном деле» или в деле Мохнаткина.

Кроме того, встречаются уголовные дела, в которых заключенный обвинялся в насилии, носившем демонстрационный характер и не повлекшем за собой человеческих жертв.

В этом случае решение о признании узника политзаключенным должно приниматься с учетом всех обстоятельств дела. Это касается, в частности, Ивана Асташина.

2. Что касается денежной премии, учрежденной Ходорковским и Навальным, то это, безусловно, благое начинание. Следует, однако, иметь в виду, что деньги почти всегда вносят в человеческие отношения некоторую напряженность, и принимать решения о награждении этой премией следует с чрезвычайной деликатностью.

Критериев, для принятия такого решения, на мой взгляд, должно быть несколько:

– стойкость и мужество в сопротивлении давлению репрессивного аппарата;

– солидарность с другими политзаключенными;

– участие в общественно-политической жизни из-за тюремных стен;

– общественный резонанс дела;

– материальный достаток семьи заключенного.

3. Готов сотрудничать в деле поддержки политзаключенных со всеми правозащитными организациями, независимо от политических, идеологических и личных симпатий и антипатий.

http://openrussia.org/post/view/776/
яя

Вот, новый поворот

Из сообщений прессы узнали, что отец убитого Алексея Темникова (признанный потерпевшим по этому громкому делу) подал апелляционную жалобу на решение Чертановского суда.
Судя по сообщению информационного агенства РАПСИ, потерпевший требует сохранения вещественных доказательств и возвращения дела на доследование.

Что можно сказать по этому поводу?

Безусловно, это его право: человек убит, убийца не найден и не наказан, элементарное чувство справедливости требует продолжения расследования. Мы и сами многократно требовали во время двух судебных процессов отправить "дело" на расследование.


Все это так, однако есть несколько обстоятельств, позволяющих заподозрить в этой апелляции наличие "двойного дна".

Во-первых, странно, что человек, который почти три года не проявлял ни малейшего интереса ни к ходу расследования, ни к судебным заседаниям (Темников-старший не явился даже на оглашение приговора ни первый, ни второй раз), вдруг воспылал справедливым негодованием, нанял адвоката и начал искать правду.

Во-вторых, о каком продолжении расследования может идти речь, если оно фактически не начиналось? На эту тему я писал неоднократно, поэтому, выскажусь предельно кратко: реальных свидетелей убийства, совершенного 3 декабря 2011 года у станции метро "Улица Академика Янгеля" следствие не искало и не допрашивало, хотя сделать это было совсем не сложно. Несложно тогда - три года назад. Сейчас с этим уже будут большие проблемы.

О каком "сохранении вещественных доказательств" говорит потерпевший, если большая часть вещдоков бесследно исчезла в ходе следствия и двух судебных процессов? Исчезла таинственным образом прямо из кабинетов многочисленных следователей?
Об этом я тоже не раз писал.

Ну и, наконец, третий маленький штрих: информация о подаче апелляции пошла от агенства РАПСИ, известного своей близостью к правоохранительным органам.

Складывается впечатление, что потерпевшему "посоветовали" подать апелляцию
Похоже, что некоторые "бойцы невидимого фронта" не могут смириться с тем, что суд фактически,признал несостоятельность всего этого сфабрикованного от начала и до конца "дела Даниила Константинова" и выпустил невиновного человека на волю. Хотя и признав, без всяких оснований, "виновным в хулиганстве", но все же выпустил. И фальсификаторы лишились сна и покоя.

Что дальше?
Опять суд, на этот раз - Московский городской.
Чего от него ждать, не знаю. Скажу лишь, что два с половиной года следственных и судебных мытарств окончательно подорвали наше доверие к российской правоохранительной системе, настолько, что мы даже не сочли нужным со своей стороны подавать апелляцию. Бесполезно: правды в этих коридорах все равно не сыщешь, только нервную систему спалишь.

Посмотрим, как дальше будут развиваться события; пока ни я, ни наши адвокаты даже не знакомы с апелляционной жалобой, судим обо всем по сообщениям СМИ. Интересная ситуация, не правда ли?
Судя по всему, впереди новый этап борьбы.

Ну, что же - будем бороться.

А пока - если кто еще не проголосовал за документальный фильм "Фальсификация. Процесс Даниила Константинова" - могут сделать это на странице Фейсбука
https://www.facebook.com/groups/221136811346063/

Получается, что это не последний фильм по теме...