April 26th, 2015

яя

(no subject)

(продолжение)

2. Возникновение.

Разумеется, постсоветский паразитизм появился не на пустом месте. Как и положено всякой уважающей себя экономической формации, развиваться он начал внутри предыдущей. В нашем случае - в недрах так называемого "реального социализма". Детальный разговор о природе экономических отношений "реального социализма" далеко уведет нас от предмета нашего интереса, поэтому сразу начнем с сухой формулы: советский социализм есть, строго говоря, внеэкономическое принуждение плюс развитое товарное производство.

Между делом отметим, что эта формула не так далека от набившей оскомину: "советская власть плюс электрификация всей страны". Действительно, советская власть, как подчеркивали ее адепты, это диктатура, то есть - внеэкономическое принуждение. А электрификация, как результат технического прогресса, возможна только на базе развитого разделения труда, а значит - товарного производства.
Это я говорю к тому, что отцы-основатели советского государства ясно отдавали себе отчет в том, что они делают.
В отличие от "прорабов перестройки", которые, в своем большинстве, абсолютно не ведали, что творили. Или, что даже более вероятно, хотя и понимали суть происходящего, никогда не говорили об этом вслух.

Однако, лаконичной формулы: "внеэкономическое принуждение плюс развитое товарное производство" все-таки недостаточно, чтобы понять особенности экономики советского типа. Товар произведен и принудительно отчужден. Но процесс воспроизводства включает еще и фазу потребления.
Как она была организована? Вот тут и говорила свое веское слово идеология, ведь советское общество являлось идеократическим, нацеленным на построение коммунизма как проекции Царства Божьего на землю. А построение коммунизма было невозможно без победы над мировым империализмом, в последней битве добра со злом, после которой только и должно было спокойно вздохнуть человечество. На подготовку к этому Армагеддону в СССР и тратилась большая доля совокупного общественного продукта. Оставшаяся часть распределялась по сложной схеме, в которой учитывались и место потребителя в иерархии советского общества, и его трудовой вклад в производство. Но оставалось мало, и удовлетворить растущие аппетиты людей не удавалось.

Из-за этой неудовлетворенности и появилась теневая экономика, которая стала развиваться в тех уголках народного хозяйства, куда не проникал суровый взгляд борцов с хищениями социалистической собственности. Основой теневой экономики являлось банальное воровство: в документах значится десять килограммов мяса, а на самом деле в борщ положили девять. Один килограмм украли, и продали из под полы. То есть теневая экономика изначально носила в основном паразитический характер.

Постепенно, по мере угасания веры в коммунистические идеалы, масштабы теневой экономики возрастали, в нее вовлекались все новые слои общества, включая значительную часть хозяйственной и политической элиты. Вот тогда и появилась эта формула: "связи - товар - связи (плюс новые связи)", первоначально, как исключение, а потом - как общее правило.

Правда, в советско время, расхищалась, главным образом, произведенная продукция и денежные фонды. Основные производственные фонды, овеществленные в машинах и оборудовании, а также земля и недра в оборот теневой экономики не попадали.

Этот недостаток и призваны были восполнить радикальные экономические реформы, проведенные в 90-ые годы правительством реформаторов. Ну и, разумеется, требовалось закрепить результаты "большого хапка" законодательно, в виде частной собственности, которая в цивилизованных странах, как известно, священна и неприкосновенна.

Поэтому совершенно неудивительно, что процесс приватизации (особенно - залоговые аукционы) у нас проходил все по той же формуле: "связи - товар - связи (плюс новые связи) и завершился формированием олигархической системы.

Однако вскоре выяснилось, что новые "эффективные собственники" присвоенные производственные фонды использовать по назначению не могут, или не хотят, предпочитая превращать их в деньги и выводить из страны. Это объяснимо, ведь "герои 90-ых" психологически были настроены не на производство, а на "распил". К тому же доставшаяся им советская экономика по своей структуре была ориентирована на обслуживание ВПК. Интеграция ее в мировой рынок требовала сложной и дорогостоящей процедуры конверсии. Проще распродать заводы под складские помещения. Так и происходило. Со всеми вытекающими последствиями.

Система "связи-товар - связи (плюс новые связи), развившись в формулу: "связи - деньги - связи", работала с ускорением до тех пор, пока не было поделено все советское наследие. Казалось, что после этого она или должна была рухнуть, похоронив под собой не только ее генералов, но и всю страну, или перестроиться на рельсы нормальной капиталистической экономики.
Однако не произошло ни того, ни другого.

(Продолжение следует).