February 14th, 2021

яя

Под видом идеологии

Что-то обострилась у нас в последнее время «идеологическая борьба». Видно, непогода навеяла.
Заявления, манифесты, контрманифесты и антизаявления…
И я тоже оскоромился, Явлинского прокомментировал. Впервые в жизни.
Хотя, не следовало бы, если уж совсем серьезно — по гамбургскому счету —  этого делать.
Потому, что эти манифесты-антиманифесты и заявления-атизаявления глубоко конъюктурны, и именно в силу этого —  бездоказательны и мелки.
Стоит ли глубоко вдумываться в общественные феномены, если есть конкретная задача подгадить (и одновременно — угодить), Подгадить одному, угодить другому.
Слава богу, нелегкая не понесла меня дискутировать на предмет «манифеста Богомолова».
Не берусь судить чем руководствовался этот автор при написании своего текста. Но все высказанные там идеи обсасываются в России почти 200 лет — со времен Чаадаева и Одоевского, а итогом дискуссии западников и славянофилов стала революция 1917 года. Впрочем и она, как выяснилось, не смогла окончательно умиротворить умы.
И про «Европу на закате» мы тоже уже 100 лет как осведомлены.
«Я гибну - кончено - о Дона Анна! (Проваливаются).»  Но у донны Анны, — в лице России — по Богомолову, есть шанс спастись. Вряд ли она подаст непутевому развратнику руку, на просто переживет всех коварных соблазнителей, всех дон Жуанов.
Дебаты, как видим,  продолжаются, хотя за 200 -то лет можно было понять, что никакими аргументами и контраргументами спор этот не решить, ибо каждая сторона — credo quia absurdum — верит в свой абсурд.
И если даже маузер («ваше слово, товарищ маузер»), не смог расставить все точки над i, то куда уж нам — присохшим к диваном потомкам пламенных революционеров и не менее пламенных их противников, а чаще всех просто обычных жителей, втягивающих свои немудреные головы в плечи при каждом повороте истории.
Правда, господин Сурков, не понаслышке знакомый с особенностями российской политики, судя по его последнему интервью, считает, что никаких западников и славянофилов (называемых теперь «патриотами»), в современной России нет.
А есть только любители Путина и поклонники Навального.
И, дескать, что ни скажи нынче, все  — или в пользу Путина, или на руку Навальному.
Сам-то господин Сурков нисколько не стыдится своей преданности первому лицу, даже бравирует этим.
Ну и, соответственно, считает, что и все остальные внутренне ощущают себя или подданными, или .яростными отрицателями — от гори все адским пламенем с чумой на все дома до боязливого «не читал, но осуждаю».
Полагаю, в этом Сурков ошибается. Внутренне независимые люди в России еще остались.
Но показательно само стремление свести все разнообразие настроений и интересов, симпатий и антипатий, верований и мнений к незамысловатому служению персоне.
А всю разворачивающуюся в нашей стране борьбу классов, слоев и социальных групп к противостоянию Путина и Навального. Кто не с Путиным, тот с Навальным. И наоборот.
Резон власти в лице Суркова понятен: ежели все социальные конфликты в России сводятся к борьбе двух личностей, то стоит ли так повышать ставки? А ставки повышаются давно и неуклонно.
Но если речь идет не о жизненно важных вещах, а всего лишь о выборе лидера, то стоит ли рисковать карьерой, здоровьем, жизнью?
Стоит ли втягиваться в ожесточенную борьбу с режимом, если результатом этой борьбы будет лишь смена главного портрета в кабинетах чиновников?
Таков, по моему убеждению, латентный смысл той вакханалии, которую власти устроили вокруг Навального.
Свести все к личности. Поставить обывателя перед мнимым выборам: надоевший Путин или сомнительный Навальный. Раздуть это противостояние до такого масштаба, что за ним потеряются действительно жизненно важные проблемы нашей жизни — вот, судя по всему, их замысел. Свистопляска как отмазка.
Но скоро незамысловатые отмазки интеллектуальной обслуги власти  (независимо от провозглашаемой ими «идеологии»), осыплются, как плохая штукатурка. Они уже на пределе. И миру предстанет в обнаженном виде вся гнилая конструкция российской власти последних трех десятилетий, где главным вопросом были только деньги и собственность.
И вот тогда настанет время настоящей, даже вполне конкретной дискуссии: кому и сколько. Но обвальный передел — тоже не идеал и не идеология. Точнее, идеология конкретной разборки, идеология «ружья» — ничуть не лучше, чем идеология отмазки.
Сейчас самое время начинать по настоящему серьезный разговор, иначе черт его знает, чем это все закончится.
Хотя идеология обычного человека «живы будем — не помрем» — тоже всегда давала надежду.