Илья Константинов (ivkonstant) wrote,
Илья Константинов
ivkonstant

Фантом партии

Партия -это единый ураган, из голосов спрессованный тихих и тонких,
от него лопаются укрепления врага, как в канонаду от пушек перепонки (Маяковский).


Мне казалось, что за постперестроечные двадцать с гаком лет, я навидался таких чудес "с последующим разоблачением", что начисто потерял способность удивляться. Но вот, поди же ты, такая казалось бы малость - проходная заметка в какой-то газетенке, пригвоздила меня к креслу, как булавка в руке опытного энтомолога.

Вы спросите, что это за сенсация? И даже не про Украину. И инопланетяне еще не штурмуют колокольню Ивана Великого, а восставшие из гробов мертвецы не выстраиваются в многокилометровые очереди за билетами на Сочинскую олимпиаду.

Новость-то, всего ничего: Московское городское региональное отделение партии "Единая Россия", которое намедни возглавил некогда знакомый мне Николай Гончар, насчитывает, оказывается, более 130 000 членов.

Вы спросите, что же тут удивительного - правящая партия - как ни говори? Вот и я поначалу так подумал. А затем стал припоминать, сколько лично я знаю членов "ЕР"? И вот тут "что-то с памятью моей стало", так и не смог припомнить больше пяти человек (считая упомянутого уже Николая Гончара), из которых все оказались депутатами Государственной думы.

А, между тем, круг моих московских знакомых довольно широк и охватывает тысячи людей, и далеко не все они относятся к оппозиции. Среди них, по логике вещей, должен оказаться, по крайней мере десяток рядовых членов "ЕР".
Нет, одни депутаты и чиновники.

Элементарная логика подсказывает два наиболее вероятных объяснений этому феномену:

1. Многие члены "ЕР" , мягко говоря, не афишируют (стесняются) своего членства в этой почтенной организации.
В этом нет ничего удивительного, поскольку клеймо "ПЖиВ" прилипло к "Единой России", надо полагать, уже навеки.
Да и, вообще, слово "партия" (кроме случаев "партия в покер", "партия товара", или "теноровая партия") вызывает у многих россиян брезгливость.

2. Подавляющее большинство рядовых едросов не знает (вариант - забыли) о своем членстве.
Представьте себе какого-нибудь сантехника Михеича (если они еще есть в Москве), которого краснорожий нахрапистый начальник записал в возглавляемую им партячейку. Бедный Михеич, если и узнал случайно о своем счастье, так тут же с горя запил и забыл.

Да, что ни говорите, это вам не приснопамятные времена, когда Николай Николаевич Гончар являлся секретарем Бауманского райкома КПСС. Тогда партийный билет был желанным призом, а сейчас... Боюсь, что даже сами функционеры отдаются партийной работе с той же страстью, с какой утомленная многолетним супружеством жена принимает загулявшего мужа. Впрочем, всякое бывает, как в старом анекдоте: "Жизнь за партию отдашь? Конечно, зачем мне такая жизнь".

Ну, а если серьезно, то партия власти в современной России представляет собой довольно странную конструкцию.

В СССР членство в партии было обязательным условием любой успешной карьеры, в старых демократиях - политической карьеры.

В новой России карьерный рост строится на других основаниях: кумовство и деньги. А в правящую партию вступают постфактум, для закрепления достигнутых успехов и в нагрузку к полученной должности. Примерно так: "Ну, Иван Иванович, все, что положено ты откатил, в должность вступил, поляну накрыл, поздравляю. Работай на совесть, но не забывай, кому обязан. Да, кстати, в "Единую Россию" тебе пора вступать, а то у нас разнарядочка пришла..."

Понятно, что благодарный назначенец не может отказаться от такой чести, ну а если (в порядке фантазии) ему придет в голову эта шальная мысль, он перестанет быть благодарным назначенцем и мигом превратится в глазах начальства в опасного социопата. Со всеми вытекающими последствиями.

Так что правящая партия в нынешней России выполняет, главным образом, функцию фильтра для отсева слишком принципиальных, независимых, самостоятельно мыслящих людей.
По принципу: "Сказано - люминь, значит - люминь, а если алюминий - пойдешь чистить сортир", как в старом армейском анекдоте.

Таким образом создается сравнительно однородная чиновничья среда, состоящая из честолюбивых, жадных, но зависимых и управляемых людей (интересный случай отрицательного отбора).
Та самая "вертикаль власти", в которую с энтузиазмом строится номенклатура.
Разумеется, ни к какому развитию этот организм не способен, поскольку принципы, по которым он функционирует, и являются коррупцией, как она есть, в дистиллированном виде.

Сколько может просуществовать такой паразитарный организм? Теоретически, до самой гибели общества, на котором он паразитирует, старательно приближая неминуемый конец.
Практически - пока не выведут, как глистов.

Кстати, произойти это может очень скоро, поскольку в системе нынешней российской власти, кроме рыхлой и аморфной "Единой России", существует и гораздо более эффективный институт, по типу того, что Оруэлл называл "Внутренняя партия".
Вот она-то, рано или поздно, и примет решение о зачистке.
Правда, может быть уже слишком поздно.
Tags: Россия, власть и провластные, политика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments