Илья Константинов (ivkonstant) wrote,
Илья Константинов
ivkonstant

Categories:

Расшифровка речи адвоката Дмитрия Динзе в прениях

ПРЕНИЯ ПО КОНСТАНТИНОВУ Д.И.

В настоящее время рассмотрено уголовное дело в отношении Константинова Даниила Ильича по ч.1 ст.105 УК РФ. Сторона обвинения считает Константинова виновным в совершении указанного преступления исключительно по обстоятельствам указанным в обвинительном заключении, какие-либо дополнительные доказательства стороной обвинения не рассматривались и не упоминались при аргументации своей позиции.

В то же время, защита обращает внимание, что невозможно признать виновным Константинова по обстоятельствам предъявленного обвинения, так как обвинение некорректно и содержит множество неточностей и правовых ошибок, на основании которых невозможно вообще обвинять подзащитного в совершении преступления, а именно:

1. В обвинении указывается, что Константинов находился около южного вестибюля – лестницы 5 (Л5) станции метро «Улица Академика Янгеля» Московского метрополитена. Данная формулировка неверна по своей сути - она не содержит четкого определения места совершения преступления и направлена на то, чтобы ввести суд и участников судебного процесса в заблуждение относительно места совершения преступления, поскольку следствием не было установлено место, где возник умысел у лица, совершившего преступление. Таким местом было выбрано ничем не ограниченное пространство образования умысла, которое может трактоваться по-разному – рядом с входными дверями в подуличный переход, за дверями в подуличном переходе, рядом с лестничным маршем в подуличном переходе, рядом с гранитными бордюрами за дверьми подуличного перехода и так далее, - можно выбрать любое место на свой вкус. Говоря на языке уголовно-процессуального законодательства, просто не было установлено место совершения преступления – событие преступления, что необходимо делать в обязательном порядке в соответствии со ст.73 ч.1 п.1 УПК РФ (Обстоятельства, подлежащие доказыванию).

В дальнейшем, я более подробно раскрою данное обстоятельство:

Далее в обвинении указывается нетипичная фраза, которая вызывает недоумение у стороны защиты – якобы подзащитный увидел на внутренней площадке павильонных дверей, ранее не знакомых Темникова и Софронова. Я, например не знаю, что у дверей есть внутренняя площадка, а в особенности, что на которой возможно разместиться двум взрослым людям. Наверное, как догадалась защита, имеется в виду площадка подуличного перехода рядом с павильонными дверями. Опять же неверные формулировки обвинения, которые создают абсурдность в определении места совершения преступления. Обвинение, в данном случае, этот факт нисколько не смутил, хотя необходимо давать четкие формулировки по месту совершения деяния.

Продолжая изучать место совершения преступления, мы видим, что обвинением вводится новая формулировка, которая звучит следующим образом: переместившись совместно с Темниковым, пытавшимся покинуть место происшествия, на стилобат (верхнюю поверхность ступенчатого цоколя, подножие) южного вестибюля. Получается совсем непонятная картина: стояли в дверях, а перешли на цоколь. Обвинением четко разделяется площадка за дверьми в подуличном переходе и площадка за дверьми подуличного перехода, но защита обращает внимание, что этого разделения просто нет. По версии следователя в момент нанесения телесных повреждений Темникову перестают отсутствовать двери, что указывает, опять же, на четкое установления места совершения преступления, однако, при этом даже не понятно, был ли нанесен смертельный удар на улице или все еще в переходе.

В этой неопределенности по месту совершения преступления, еще более запутывает ситуацию, то, что когда мы начинаем изучать протоколы осмотра места происшествия, где об этом говорится - в протоколе т.1 л.д. 46 оборот, например, указано следующее: «При возвращении в начало осмотра (первый вход в переход), при выходе из перехода при повороте направо и направо, вдоль (строений) перехода примерно в середине стены и в 5 метрах от него на влажном асфальте также обнаружено вещество бурого цвета в виде размытой лужицы, взяты образцы на марлю и упакованы в конверт № 5. При следовании по тротуарной дороге в сторону области против движения Варшавского шоссе на асфальте у правого края, не доходя 4 метра до пересечения ул. Кирпичных выемок обнаружено пятно вещества бурого цвета размером с монету 5 рублей, смыв произведен на марлю и упакован в конверт № 6».

Получается, что у нас по следам крови, (а защита считает, что это кровь), поскольку следователь определил биологически значимые объекты, описал их и изъял образцы для исследования, есть еще 2 места происшествия, они же - события преступления:

- Ножевое ранение и смертельный удар были нанесены Темникову в области ул. Кирпичных выемок, откуда впоследствии потерпевший Темников побежал по улице мимо перехода и скончался на месте его обнаружения недалеко от перехода (подтверждается показаниями свидетеля Петрова, допросом специалиста в области судебной медицины Петровым. Свидетель видел, как бежал Темников от района перехода, а специалист указал, что Темников мог жить десятки минут и соответственно совершать активные действия). Следствием и судом, к сожалению, данная версия не проверялась, с другой стороны, суд - не орган предварительного следствия, защита лишь просит обратить на данный факт внимание, поскольку он ломает всю картину преступления, и делает ее исключительно фантазией и выдумкой следствия. Также укладываются в данную версию показания свидетеля Сальникова, который видел, как человек (свидетель Софронов, после ранения в руку) скатывается по лестнице, встает и бежит по переходу. Откуда появляются следы в переходе от ранения Софронова;

- Следующим возможным местом совершения преступления является место с наибольшей концентрацией следов крови, а это другой выход из метро, он же «Южный», только располагается по адресу: Варшавское шоссе, д.152а, Торговый центр «Сомбреро». Именно там имеется огромная лужа крови, осмотренная следователем по протоколу осмотра места происшествия. В показаниях Софронова не указывалось, что он стоял на улице и истекал кровью на улице, или вообще в месте расположения лужи крови, рядом со входом в подуличный переход около дверей. Софронов утверждал, что вышел на улицу, а потом сразу зашел в переход, где мог опачкать двери, и находился в подуличном переходе. Как образовалась данная лужа крови, и кому она принадлежит, суд не заинтересовало, как я уже говорил никто не проводил экспертизу по образцам, которые были взяты из данной лужи в том числе.. А события, на выбор суду и обвинению, могу предложить следующие: все события произошли около дверей при входе в подуличный переход, где Софронову и Темникову были причинены телесные повреждения ножом, только Софронов отбежал от нападавших на определенное расстояние, тем самым спасся от нападавших, а Темников побежал по переходу к выходу из перехода к лестнице 5 (5Л), оставляя кровавые следы, которые были обнаружены в переходе. Окончание погони видел свидетель Петров, а свидетель Сальников мог видеть еще одного участника драки, который мог быть с Темниковым и Софроновым, то есть неизвестное лицо, или один из нападавших, который убегал с места и упал.

Конечно, только данными версиями событий защита не может ограничиться, если суд и обвинение внимательно слушали показания следователя Алтынникова, то обратили внимание, что меня интересовал вопрос о проверке показаний на месте Софронова, который показал при проверке показаний на средний выход «Южный», а вот почему и зачем, следователь не пояснил, но свидетель указал именно на средний

выход, как на выход, через который он убегал от нападавших (т.1 л.д.239-253). Что это именно средний выход, суд может сравнить, обратившись к приобщенным протоколам осмотра места происшествия с участием Константинова И.В., - там есть все необходимые для этого фотографии. К сожалению, следователь не смог вообще полностью исследовать и зафиксировать место происшествия и дать надлежащую оценку показаниям Софронова, а также установить истину по делу в рамках места совершения преступления. Мы слышали в суде, что следователь припомнил данные обстоятельства, но почему не придал им значение, за истечением времени, пояснить не смог.

Защита неоднократно просила провести повторные осмотры места происшествия, исследовать и установить точное место, назначить и провести экспертные исследования, собрать образцы, но следователь всегда отказывал в удовлетворении этих ходатайств. Поэтому защита, по истечении времени, самостоятельно провела необходимые проверочные мероприятия, проведя фотографирование, биологические исследования, которые и представила суду, где доказала, что следов, на которые указывал свидетель Софронов в своих показаниях, обнаружено не было.

Невозможно установить обстоятельства по месту совершения преступления и по показаниям свидетеля Софронова, который во всех своих показаниях так конкретно и не назвал места происшествия (оно у него варьируется от подуличного перехода, до площадки на улице перед дверьми), не смог он объяснить и сколько выходов у южного выхода метро, какое освещение было на момент совершения преступления, как открываются двери, сколько имеется дверей, метраж цоколя, высота бордюров и так далее. Показания Софронова по месту преступления носят характер предположений и не проясняют обстоятельства уголовного дела в этой части. Это при том, что свидетель жил около этой станции метро у родственников и часто там появлялся.

Отдельно обращаю внимание суда на то, что видимость людей в подуличном переходе на месте совершения преступления, по версии обвинения, ограничена высокими бордюрами, из-за которых в вечернее время можно с трудом рассмотреть лиц, стоящих в переходе. Высота бордюров около 1,60 метра, что не наблюдается на противоположном выходе перехода, где обнаружено пятно крови, там высота бордюра около метра. Там действительно беспрепятственно можно наблюдать лиц, которые находятся в переходе. Следствие данный факт не интересовал, но прошу суд учесть эти факты, поскольку они влияют на установление обстоятельств уголовного дела, а именно на то, что свидетель давал в суде заведомо ложные показания.

Отдельно обращаю внимание на то, что с целью разобраться в логике обвинения по месту совершения преступления, защита назначила и провела медико-криминалистическое исследование места совершения преступления, предоставив в распоряжение специалистов в области судебной медицины протоколов осмотра места происшествия, судебно-медицинские экспертизы по трупу Темникова и показания свидетеля Софронова (все показания). Специалисты не смогли сделать хоть сколько-нибудь внятные выводы по следам крови на месте происшествия. То есть, можно сделать однозначный вывод, что место совершения не определено, в том числе не ясно, где наносились телесные повреждения Темникову и Софронову, была ли вообще драка, или их сразу били ножом или ножами. Фактически это мог быть любой вариант по событию преступления, как в описанных мною вариантах, так и в варианте обвинения, то есть все обстоятельства по месту носят исключительно предположительный характер, не основываются на материалах дела, а базируются а умозаключениях сторон. Не исправил ситуацию по месту и

следователь Смирнов, который должен был провести весь комплекс следственных и судебно-медицинских мероприятий, чтобы убедиться в правильном определении места совершения преступления, но все это сделано не было, место не определено и не ясно.

2. Следующий аргумент обвинения, это неформальное движение «панки», о чем свидетельствовал внешний вид Темникова и Софронова. Занимательный аргумент обвинения в рамках описания безудержной агрессии Константинова Д.И. Утверждение обвинения о «панках» не имеет под собой никакой фактической основы, так, на фотографиях с места происшествия видно, что Темников лежит на земле в обычной, не вычурной или необычной одежде, которая ничем не выделяется. При этом при портретной съемке трупа, видно, что у Темникова отсутствуют пирсинг, проколы кожи, разный цвет волос, прическа «ирокез», татуировки и надписи на одежде, по которым его можно было бы идентифицировать с неформальным движением «панки». Сам свидетель Софронов не смог внятно пояснить, что такое «панки». Единственное, что он сообщил суду это о «наплевательском отношение к человеческой жизни и полном человеческом безразличии ко всем людям», а что касается специальной одежды, внешних признаков, он ничего не указал. Поэтому, обвинение в этой части не выдерживает никакой критики и не подтверждается материалами уголовного дела, а также показаниями самого Софронова, показаниями потерпевшего Темникова – отца убитого, который чуть не учинил насилия над стороной защиты при выяснении вопроса о панках. Защита обращает внимание, что установить обстоятельства о принадлежности к панкам Темникова и Софронова обвинение не пыталось, так, не допрашивались родственники Софронова, его друзья и круг знакомых, которые могли знать об увлечении Софронова панк-культурой. Вопросы не задавались и родственникам Темникова, которые также могли пояснить что-то об этих обстоятельствах. Я думаю, что следователь получил аналогичную агрессивную реакцию от отца Темникова и закрыл данный вопрос, просто, приведя огульный вывод в обвинении. Не подтверждается вывод о «панках» и показаниями сотрудников полиции Шмальц, Свинарева, Суетина, а также медицинских работников Петрухиной и Иванова.

Стороне обвинения нужно было введение понятия «панки» Софронова и Темникова, чтобы оправдать внезапно возникший умысел на убийство и причинение телесных повреждений со стороны Константинова. Эта искусственно введенная категория, которая оправдывала бы внезапный умысел и цель на убийство по причине внезапно возникшего спровоцированного конфликта.

Сторона защиты делала социогуманитарное исследование по категории и движению «панки», этим исследованием как раз опровергается образ «панка» Софронова, как несостоятельный как по сути его объяснений, так и по внешнему виду. Прошу суд обратить на это внимание.

3. Интересная ситуация усматривается и при определении и направленности умысла лица по обвинению, которое вменяется. В обвинении умысел разделен обвинением на две части. Первая часть состоит в унижении человеческого достоинства Темникова, а также провоцировании драки, а вторая часть состоит во внезапно возникшем умысле на убийство Темникова.

При этом не усматривается мотив и цель действий в рамках совершения преступления, так как обвинение исключает из цепи формирования умысла, в рамках мотива и цели преступления, принадлежность Темникова и Софронова к движению «панки». Остается только гадать, зачем был совершен плевок в

Темникова и из-за чего, так как не указано, чем именно не понравились Темников и Софронов, как «панки», или их посчитали просто «гопниками» и «опустившимися» людьми, или же их внешний вид был вызывающим и абсурдным.

Защита так и не смогла усмотреть мотив и цель совершения преступления. В судебном заседании были выслушаны многие свидетели по характеристике личности Константинова, изучен его психологический и социальный профиль, образ его жизни со всех сторон, и ни в одном факте относящемся к личности Константинова не усматривается, что он носил с собой оружие, был агрессивным «гопником» или демонстрировал неадекватное поведение, нападал на прохожих, избивал кого-либо на улице, а также при других обстоятельствах.

Выводы обвинения о вызывающем поведении подзащитного, стремлении унижать человеческое достоинство вообще, а не только в данном случае не подтверждаются материалами уголовного дела и полностью опровергаются доказательствами со стороны защиты.

4. На отдельный шедевральный абзац обвинения - защита хотела бы обратить на него особое внимание. Так в обвинении указывается, что «лицо действовало дерзко и агрессивно, пользуясь своим физическим и моральным превосходством и пренебрежительным отношением к человеческой жизни вообще, безотносительно к личности потерпевшего, нанесло Темникову не менее семи ударов руками и ногами». Хочу отметить, что это относится только к семи ударам, а далее уже эти признаки личности обвинение не употребляет, оценивая действия с ножом. Наверно обвинение посчитало, что при применении ножа эти признаки личности лишние, и достаточно просто внезапно возникшего умысла.

Разбирая эти пассажи обвинения, можно сказать одно: обвинение должно соответствовать хотя бы личности обвиняемого, его качествам, манерам, телосложению, увлечениям, образу жизни и моральным принципам.

Проецируя все указанные признаки на Константинова, можно сделать однозначный вывод о том, что он никогда не выказывал пренебрежение к чужой человеческой жизни, не так воспитан, как рисует обвинение, что подтвердили свидетели Гудков, Навальный и родственники подзащитного. Имеет высокие моральные и нравственные качества, ценит человеческую жизнь, что доказывает его образ жизни и борьбу за права человека в рамках своей политической деятельности, исследованной в суде. Что касается физического превосходства, то в чем оно проявляется, остается не понятно. Константинов силовыми видами спорта не занимался, полноват для спортсмена, вмеру упитанный и грузный молодой человек. Чтобы совершать поступки прямого силового действия, он не относится к радикалам, футбольным фанатам или другому сообществу, ни к людям, которые способны на убийство или иные необдуманные поступки силового характера.

Очередное умозаключение обвинения, не проверенное и не исследованное в ходе предварительного следствия, которое пытаются выдать суду за чистую монету, рисуя портрет обвиняемого как полного «отморозка».

При рассмотрении уголовного дела в показаниях Софронова неоднократно, как на следствии, так и в суде звучало, что нападавших на него и Темникова было несколько и все они дрались, а не только лицо, которое убило Темникова дралось с Темниковым, но обвинение предпочло всю вину за телесные повреждения Темникову свалить на одного человека, чтобы все телесные повреждения были вменены исключительно Константинову.

Исходя из указанных фактов по предъявленному обвинению, защита, как и сам Константинов, утверждали и продолжают утверждать, что формулировки

обвинения не только непонятны и не следуют из доказательств по уголовному делу, но еще и ложны и лживы по своей сути, не отражают объективной действительности произошедшего и не соответствуют личности подзащитного по совокупности. По такому обвинению нельзя судить ни одного человека, а не только Константинова, так как конструкция обвинения в себе содержит два состава преступления, которые не соединены единым умыслом, а разъединены в умысле, то есть сначала лицо хочет подраться, унизить человеческое достоинство, а после уже решает убить. При такой позиции обвинения умысел должен был быть разъединен разными составами уголовного кодекса, а не приведен в двусоставном умысле, которым не охватывается общая цель, направленная на убийство Темникова.

Соответственно обвинение незаконно и необоснованно по своей правовой сути и конструкции совершения преступления и противоречит квалификации деяния по обстоятельствам совершения преступления.

Теперь я хочу кратко сослаться на доказательства защиты, которые подтверждают невиновность и указывают на непричастность к преступлению Константинова Д.И.:

1. Показания Константинова Д. И., которые им были даны в ходе предварительного следствия и в суде. Мой подзащитный всегда указывал, что у него имеется алиби, постоянно давал систематизированные и непротиворечивые показания, ни разу не был уличен в даче ложных или не соответствующих действительности показаний. Мой коллега Зацепин очень подробно описал показания Константинова и привел аргументы их правдивости и достоверности в рамках защиты от предъявленного обвинения.

2. Протоколы осмотра места происшествия от 03.12.2011 года, из которых не следует, что на месте происшествия присутствовал Константинов, следов его пребывания на месте происшествия обнаружено не было, таких как следы обуви, крови, предметов, которые бы относились к нему и содержали на себе следы преступления.

3. Показания свидетеля Петрова А. К. и проверка его показаний на месте, из которых следует, что он Константинова на месте происшествия не видел, а также он не видел лиц, которые хоть как-то были бы похожи на подзащитного.

4. Заключением судебно-медицинской экспертизы № 3045, из которого следует, что на теле потерпевшего не обнаружены объекты материального и биологического происхождения, которые имели бы отношение к Константинову.

5. Показаниями эксперта Тихоновой Н. С., из которых следует, что потерпевший Темников мог совершать активные действия в течении десятков минут, что соответствует показаниям специалиста Петрова, допрошенного в судебном заседании, а также соответствует версиям защиты по месту совершения преступления, которые проверены не были. Также, данными показаниями подтверждается, что телесные повреждения не причинены Константиновым, так как у него не были обнаружены предметы, на которых имелись бы следы взаимодействия с потерпевшим Темниковым или свидетелем Софроновым.

6. Показаниями потерпевшего Темникова Н. Н., из которых следует, что его сын Темников не был «панком» и имел знакомство с Константиновым.

7. Показания свидетеля Софронова А. А. проанализирует мой коллега Шкред. Единственное, что также показания свидетеля ничего не подтверждают, так как они достаточно противоречивы и не соответствуют материалам уголовного дела.

8. Заключением медико-криминалистической судебной экспертизы № 645/12, согласно которой невозможно ответить на вопросы поставленные перед экспертом следователе, вследствие отсутствия предмета, пригодного для данного рода

исследований. Данная экспертиза полностью, в части выводов, соответствует судебному медико-криминалистическому исследованию, которое было оглашено в судебном заседании и представлено стороной защиты.

9. Протоколом проверки показаний на месте свидетеля Софронова А. А., которые соответствуют выводам защиты относительно неопределения места совершения преступления стороной обвинения, в части нанесения телесных повреждений потерпевшему Темникову и свидетелю Софронову, а также озвученным показаниям свидетеля Софронова в части покидания им места конфликта.

10. Рапортом оперуполномоченного Агещева И.В., из которого следует, что неизвестно откуда, неизвестно при каких обстоятельствах, неизвестно кто указал на фотокомпозиционный портрет и узнал в нем Константинова Д. И., который, как указали проведенные по инициативе стороны защиты портретные исследования, не соответствует портретному профилю Константинова. После чего неизвестно откуда, неизвестно при каких обстоятельствах появилась фотография Константинова Д. И. Данное доказательство в ряду еще нескольких, как считает защита и сам подзащитный, являются сфальсифицированными, так как не ясен источник их происхождения и факты, на основе которых были сделаны выводы о причастности Константинова к преступлению.

11. Портретное исследование, проведенное по инициативе защите, по временным исследованиям изменения внешности Константинова Д. И., которое доказывает, что фотографии, представленные в пользу алиби подзащитного, сделаны именно по внешности в 2011 году.

12. Показаниями свидетелей Звонкова, Кондратенко и Рейдермана, которые не имеют мнения о причастности к преступлению Константинова Д.И., ничего не помнят и не могут однозначно утверждать, что преступление совершил подзащитный.

13. Показаниями эксперта Орловой Г. Е., из которых следует, что эксперт делает предположение о влиянии внешней среды на слюну человека и возможности ее растворения в зависимости от природных явлений. В итоге же, слюна Константинова на одежде потерпевшего не обнаружена, то есть Константинов не был на месте происшествия. Защита, как специалисты в области права и проходившие специальное обучение по сбору образцов биологической среды, считают, что, если бы слюна была на одежде потерпевшего, то ее обнаружили бы и никакая среда не повлияла бы на ее наличие.

14. Показаниями свидетеля Сальникова Н. А., который считает, что его показания в части событий на месте происшествия были сфальсифицированы следователем, а сам он видел на месте происшествия падающего человека. На месте происшествия Константинова он не видел. О драке на месте происшествия ничего пояснить не может, самой драки не видел, где происходила драка, также не видел. Опять же ставится под сомнение место совершения преступления, о чем защита говорила выше.

15. Показаниями свидетелей Шмальц А. Н., Свинарева А. В. и Суетина М. Б., которые на месте происшествия Константинова не видели, никакой странной одежды на потерпевшем и свидетеле Софронове не наблюдали, про «панков» ничего не знают, подтверждают версию защиты, что место происшествия может быть разным в зависимости от развития событий на месте происшествия.

16. Показаниями свидетеля Петрухиной Е. В. и Иванова А. А., которые не утверждали, что свидетель Софронов А. А., а также потерпевший Темников были странно одеты и могли принадлежать к каким-либо неформалам. Петрухина указала, что скорее всего Софронов мог быть в состоянии опьянения, так как у него

долго не останавливалась кровь, что свойственно наркоманам. На месте происшествия Константинова не наблюдала.

17. Показаниями свидетелей Ионовой, Константиновой Г. А., Константинова И. В., Ольденбург-Свинцовой М. В., Ольденбург-Свинцова С. В. и их проверкой показаний на месте об алиби Константинова Д. И. и невозможности присутствия на месте происшествия во время причинения Темникову и Софронову телесных повреждений.

18. Психофизиологическим исследованием на предмет наличия у них информации о дате и событиях на 03.12.2011 года, свидетелей Ионовой, Константиновой Г. А., Константинова И. В., Ольденбург-Свинцовой М. В., Ольденбург-Свинцова С. В., которое указало, что они располагают информацией, на основании которой усматривается, что Константинов праздновал вместе с ними день рождения своей матери.

19. Показаниями свидетеля Алтынникова, который сообщил суду о возможности отмечания дня рождения матери Константинова 03.12.2011 в ресторане «Дайкон». Также свидетель указал, что не проверял версию о политическом преследовании Константинова и соответственно обвинения в совершении в отношении него преступления – обвинения в особо тяжком преступлении, так как проверял только одну версию, другие не рассматривались, объективно причастность к преступлению Константинова устанавливалась только противоречивыми показаниями свидетеля Софноронова. Был или не был Константинов в ресторане «Дайкон», то есть на момент алиби пояснить так и не смог, как и опровергнуть алиби подзащитного.

20. Показаниями свидетелей Мишей М. В., Мареевой В. В. и Панкиной Е. Ю. о том, что они допускают присутствие в ресторане «Дайкон» свидетелей Ионовой, Константиновой Г. А., Константинова И. В., Ольденбург-Свинцовой М. В., Ольденбург-Свинцова С. В. и самого подзащитного, что следует из записи журнала бронирования столиков заказа и фотографий из ресторана.

21. Показаниями свидетеля Куприяновой Г. В., которая показала, что у нее 03.12.2011 была куплена, в качестве подарка, пароварка Ионовой совместно с Константиновым для матери подзащитного. Данный факт свидетельствует о подготовке и участии в дне рождения в ресторане «Дайкон» Константинова Д. И.

22. Изученной в судебном заседании распечатки из социальной сети «Вконтакте» на фамилию Софронова и Сафронова, а также иных лиц, которые могут располагать информацией или участвовали в убийстве Темникова, или имели отношение к самому потерпевшему. Данное доказательство подтверждает факт не расследования уголовного дела и непричастности Константинова к преступлению, так как лица, которые ранее размещали информацию в представленных аккаунтах удалили свои страницы, чтобы не быть проверенными на причастность к преступлению.

23. Протоколом осмотра предметов, согласно которому осматриваются предметы из ресторана «Дайкон» указывающие на правдивость и истинность алиби Константинова.

24. Заключением судебной компьютерно-технической экспертизы, из которой следует, что фотографии могли быть сделаны представленным стороной защиты фотоаппаратом, а также на период 03.12.2011 года, что подтверждает алиби Константинова Д.И.

25. Показаниями свидетеля Тимофеевой А.В., которые подтверждают противоречивость показаний на месте происшествия свидетеля Софронова в части указания им на средний выход при покидании места происшествия после ранения (одна из версий совершения преступления в исполнении Софронова). Также эти

показания подтверждают выводы защиты о возможности нескольких сценариев развития событий преступления и нескольких местах происшествия.

26. Заключением специалиста в области психологии, который изучил личность Константинова и указал, что он имеет нон-криминальный тип личности, не склонен к агрессии и неадекватному поведению, имеет ценности, не относящиеся к профилю личности лица, которое совершило преступление в отношении Темникова.

27. Заключением специалиста в области психологии, которым была дана оценка показаний свидетеля Софронова, данными им на предварительном следствии и в ходе судебного заседания, из которого следует, что Софронов в силу спутанности, несвязности и противоречивости показаний может давать неправдивые показания, чтобы отстоять свои интересы и потребности, или иметь иные мотивы. Исходя из профиля криминальной личности Софронова, можно сделать вывод, что он склонен к преступному поведению, а соответственно, в силу своих внутренних установок, оговорить человека.

28. Заключением судебно-медицинского исследования по состоянию здоровья Константинова, из которого следует, что он страдает болезнями опорно-двигательного аппарата. Из чего защита делает не опровергнутый вывод о том, что он, если бы даже захотел, не смог принять участие в драке 03.12.2011, так как ему не позволило бы состояние здоровья и болезнь опорно-двигательного аппарата. Заболевание на 03.12.2011 носило хронический характер и было запущено, то есть он не мог физически совершить вменяемые ему действия по оказанию сопротивления и избиению Софронова и Темникова.

29. Показаниями свидетеля Круговых Таисии, которая свидетельствовала о том, что видела и производила видеосъемку Константинова 05.1272011 на митинге против нечестных выборов в Государственную Думу. На Константинове не было видимых телесных повреждений на лице, голове и шее. Данный факт свидетельствует о том, что Константинов 03.12.2011 в драке не участвовал.

30. Заключением специалиста в области судебной медицины Петрова, которому стороной защиты были представлены видеозаписи с митинга 05.12.2011 и просьбой дать заключение о наличии у Константинова видимых телесных повреждений. Специалист никаких телесных повреждений не обнаружил, о чем и дал заключение. Данный факт свидетельствует о том, что Константинов 03.12.2011 в драке не участвовал.

31. Заключением психолого-психиатрической эксперты № 1606, которой было установлено, что Константинов психически здоров, не выявлено агрессивных черт личности или иного неадекватного проявления в поведении. Это подтверждает и указывает на правильное психологическое развитие личности Константинова, адекватность поведения и несклонность к импульсивному или психически неадекватному поведению, что напрямую исключает выводы обвинения о поведении подзащитного на месте происшествия, по версии обвинения, то есть обвинение не подтверждается характеристикой личности Константинова.

32. Показаниями свидетелей Мангушева И. Л. и Коротича Е. В., которые видели Константинова 05.12.2011 в камере ОМВД по району Тверской, после задержания на митинге. У Константинова не было никаких телесных повреждений, поведение было нормальное и адекватное, его ничего не беспокоило. С его слов они узнали, что с ним общался сотрудник полиции, который угрожал ему неблагоприятными обстоятельствами в случае несогласия сотрудничать с правоохранительными органами.

33. Заключением молекулярно-генетической судебной экспертизы № 173, которая доказывает, что Константинов не взаимодействовал с потерпевшим Темниковым, то есть не плевался в него и не был на месте происшествия.

34. Заключением медико-криминалистической судебной экспертизы № 215/12, из которой следует, что изъятые у Константинова в доме ножи, не были использованы в качестве орудия убийства на месте происшествия.

35. Заключением биологической экспертизы № 448/385, согласно которой на куртке Темникова слюна не найдена. Данное доказательство подтверждает факт отсутствия Константинова на месте происшествия и не взаимодействия с потерпевшим.

36. Показаниями свидетелей Бабурина и Гудкова, которые указали, что в отношении Константинова поступали угрозы физической расправы и возможного уголовного преследования по сфабрикованному обвинению в связи с занятием политической деятельностью, о чем они знали со слов подзащитного. Данный факт указывает, что органам предварительного следствия было необходимо сфабриковать материалы уголовного дела под руководством оперативных сотрудников ЦПЭ, угрожавших Константинову физической расправой и уголовным преследованием по надуманному предлогу. В совокупности с другими доказательствами по уголовному делу усматривается, что следствием отрабатывалась версия исключительно в отношении Константинова, все силы и средства были направлены на устранение Константинова из политического поля, что было реализовано в полном объеме.

37. Социогуманитарным исследованием, из которого следует, что Константинов занимался политической деятельностью и был, в силу политической направленности своей деятельности интересен оперативным сотрудникам ЦПЭ, а соответственно находился в зоне риска и последующей реализации угроз по сфабрикованному уголовному преследованию.

38. Видеозаписями и обозренными в судебном заседании скриншотами с камер наружного видеонаблюдения на станции Московского метрополитена «Ул. Академика Янгеля», из которых следует, что на месте происшествия Константинов Д.И. 03.12.2011 года не появлялся, как он вообще не появлялся никогда в данном районе за весь период своей жизни. На видеозаписях имеется молодой человек в бело-чёрной пятнистой куртке, которого описывает Софронов в своих показаниях, как одного из нападавших (следствием версия проверена не была).

39. Справкой обхода ларьков и торговых мест на Южном выходе подуличного перехода метро «Ул. Академика Янгеля», из которой следует, что по фотороботу одна из продавщиц опознала мужчину, который украл часы. Версия следствием не проверялась.

40. Осмотрами соединений мобильных телефонов запеленгованных на месте происшествия на 03.12.2011 года, из которых следует, что соединений и телефонного номера Константинова в месте совершения преступления в отношении Темникова, не обнаружено.

На основании вышеизложенного, защита делает вывод о полной непричастности к совершенному преступлению Константинова Д.И. в силу алиби и перечисленных мной доказательств стороны защиты и просит подзащитного оправдать в полном объеме.

24.09.2014 Адвокат Динзе Д. В.
Tags: Даниил Константинов, беззаконие, политзаключенные, репрессии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment