Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

яя

Верхний пост

В комментариях  возникают недоразумения. Чтобы каждый раз одно и  то же не проговаривать, пишу сюда.  

С кем я не воюю и никогда не воевал:

Collapse )
  • Current Mood
    busy
яя

(no subject)

Бастрыкин заявил, что принято решение о создании в Следственном комитете подразделения, которое будет заниматься борьбой с  «фальсификацией истории»».
Мотивы правоохранителей понятны: «фальсификация истории» — это, конечно, просто новая золотая жила для любителей лишнюю звездочку заработать.
Я с уважением отношусь к исторической науке и не люблю лукавых фантазий.
История ведь не просто сухой набор фактов (или мифов), а важнейший инструмент самоидентификации, та призма, через которую человек оценивает современность.
Бабушка, рассказывающая о своей молодости, папа, вслух читающий детям, наконец, школьный учитель, соединяющий обрывки исторической ткани в единое полотно — вот главные акторы этого процесса.
Но не въедливый следователь, изобличающий затаившихся врагов.
Попытки превратить отечественную историю в новую государственную идеологию, вколачиваемую в головы уголовными репрессиями, на мой взгляд, хуже любых фальсификаций.
Поставил под сомнения статистику военных потерь — под суд, усомнился в чьем-то полководческом гении — на нары.
Этак они привьют молодежи не любовь «к отеческим гробам», а отвращение к прошлому (а заодно и настоящему с будущим).
Главный практический вопрос: как будет оцениваться эффективность работы нового подразделения?
Скорее всего, по количеству судебных приговоров, а как еще? И кто будет оценивать?
То есть, следаки будут  из кожи вон лезть, чтобы выявить побольше «фальсификаторов». Поле непаханное: громкого дела «историков-вредителей» еще вроде не было.
Спаси и сохрани  честных историков и публицистов, пишущих на исторические темы.
яя

(no subject)

Последнее время я часто задаю себе вопрос: что оставит после себя в истории поколение 90-ых?
В планетарных масштабах не мыслю — речь только о нас — тех, кто родился в СССР и обитает (физически или ментально) в постсоветском пространстве.
Наши прадеды совершили самую дерзкую революцию в истории человечества — разрушительную, кровавую и иррациональную. Но даже отъявленные скептики ( и я в том числе), не могут не согласиться с тем, что это был своего рода «штурм неба».  Беспрецедентный по масштабу, радикализму и трагическим последствиям..
Деды выиграли самую страшную войну в истории человечества. Кто-то скажет: «завалили трупами», «заградотрядами гнали в атаку.  Пусть так. Но выиграли. И создали империя, над которой ( как некогда над Британской) «никогда не заходило солнце». Некоторые называли ее «империей зла» — гипербола, конечно, но и «империей добра» я бы ее назвать не решился. Но выжившие продолжали жить. Не только выживать, но — жить.
Отцы же, вместе со старшими братьями, первыми открыли космическую эру.
Можно, конечно, пошутить, как в старом анекдоте про китайскую космическую программу: «сто миллионов держат рогатку, сто миллионов натягивают». Ну так вы организуйте эти сто миллионов, попробуйте.
Явление-то планетарного масштаба.
Ну, а мы?
Потребовали перемен, выбрали свободу, разрушили почти до основания…
А затем?
А затем наступило странное состояние безвременья, вызывающее ассоциации с погружением в черную дыру.
Знаете, я тут на даче в свободное от лихорадочного просматривания новостей время, почитываю старые книжки.
Византия.
Проходит век за веком, но по большому счету ничего не меняется.
На развалинах античной цивилизации живут вяловатые византийские греки (или греческие византийцы) — постепенно утрачивающие древнюю культуру, забывающие великую историю, все глубже погружающиеся в суету повседневного бытования. Средневековые афиняне даже не понимали, на развалинах чего они пасли своих коз.Искра интеллектуальной жизни сохранялась только в христианской церкви.
А над ними властвуют василевсы, автократоры, архонты и бесчисленные должностные лица помельче.
Периодически случаются восстания, мятежи и перевороты. Плодятся самозванцы.
Противостояние с Западом.
Элиты раскалываются и вновь срастаются, как кости юноши.
Провинции отвоевываются и утрачиваются вновь.
Толпы мигрантов, волны завоевателей проходят и уходят.
И снова — василевсы, автократоры и архонты…
Славословие сильных, как популярнейший поэтический жанр.
И ни тени свободы, ни намека на человеческое достоинство.
Тысячу лет.
Хорошо хоть Святую Софию отстроили.
Было что туркам передать.
Одновременно смотрю телевизор.
Жуткое ощущение дежавю.
яя

Все хорошо, прекрасная маркиза

Удивительно слабая реакция социальных сетей на появление нового лорда —  Лебедева-младшего. А ведь событие-то не рядовое.
Впервые членом британской Палаты лордов стал россиянин.
Сын крупного российского предпринимателя, известного, кроме всего прочего, еще и своей принадлежностью к КГБ.
В прошлом, конечно. Но это такое прошлое, которое не только проясняет настоящее, но и будущее предсказывать умеет (не примите за осуждение — простая констатация).
А сам новоиспеченный пэр большую часть жизни провел в Англии, где перезнакомился со сливками британской элиты и прославился своей благотворительностью. Говорят, очень энергично природу Африки защищал.
Дело, безусловно, полезное. Как для природы, так (как выяснилось) и для благотворителя. 
Но, оставим личность нового лорда в покое. И дай бог ему хороших прений в Палате.
Событие это интересно своим общественным звучанием.
Ведь сколько было разговоров о том, что спесивая западная элита никогда не допустит российских нуворишей в свои ряды. Что с суконным рылом в калашный ряд не суются. Что сомнительные «олигархические» деньги всегда будут вызывать аллергию в чувствительном европейском носу.  И т.д. и т.п.
Оказывается и в калашный ряд можно сунуться. Ничего. И аллергия никакая не помеха.
Всего-то одно поколение нужно пропустить.
Частный случай, скажете?
Согласен.
Но этот частный случай намекает на далеко идущие последствия.
Думаю, во втором — третьем поколении верхушка российского имущего класса сумеет прекрасно вписаться в мировую элиту. А это значит, что все прелести «особого пути», с его «суверенной демократией»,  «духовными скрепами» и  «борьбой с фальсификацией истории» станут лишними и со временем отойдут в прошлое. Останется большая евразийская страна, вполне вписанная в мировые реалии.
Хотя, отдельные наработки, доказавшие свою эффективность, скорее всего, сохранятся.
Например, «зеленые человечки» или «голосование на пеньках».
Вдруг они станут достоянием всего человечества?
И, кто знает, может быть, эти термины даже войдут в международный язык, как «спутник»  «перестройка» и «siloviki»?
Шутка такая, может быть, не слишком удачная.
Серьезно говоря, я хочу сказать, что эволюционный путь нам в России окончательно не отрезан.
Это, если повезет.
Если не достанет безумия вписаться в большую войну.
Если не достанет безответственности довести народ до полной безысходности и в перспективе — революции.
Если не закрутится новое колесо» (красное или, как варианты — «черное» или «коричневое»).
Вот тогда обычный, скучный капитализм, с обычным скучным федерализмом — покажется за счастье.
А пэры и  сэры —  и здесь и там — пусть себе заседают с умным видом и налаживают семейные связи между разведками. Все хорошо, прекрасная маркиза, дела идут, и жизнь легка......
яя

Не обрасти звериной шерстью

Помнится кто-то из советских сатириков хорошо пошутил: «Жизнь не так проста, как кажется. Она еще проще».
А что, если отбросить словесную шелуху, так оно в сущности и есть.
Советская элитка страстно мечтала освободиться от коммунистической идеологии и прочих «партмаксимумов»
-- Как же так, — жаловался в моем присутствии один из ответственных партработников другому ответственному партработнику в 1978 году, — я занимаю такую высокую должность, а детям оставить будет нечего. Квартира служебная, дача служебная, машина служебная. В сущности, я нищий».
При этом никаких претензий к советской однопартийной системе этот страдалец не выражал, и на отсутствие гражданских прав и свобод не жаловался. Он лишь мечтал о свободном обогащении..
И вот, как говаривал известный литературный герой, «сбылась мечта идиота».
После тридцатилетней спецоперации, наконец, рассеялась дымовая завеса и пейзаж после битвы обнажился во всей своей шокирующей наготе.
Ни «дурацкой» свободы, ни «буржуазной» демократии, ни «лицемерных» прав человека...
Все обнулено. Весь либерально-демократический декор обвалился, как плохая штукатурка.
Осталась здоровая и честная иерархия, как в стаде обезьян.  Агрессивные альфа-самцы и крикливые альфа-самки открыто забирают себе лучшие куски, рядовые приматы регулярно встают в позу покорности, а отдельных неуживчивых девиантов забрасывают калом и изгоняют прочь.  Ради сплоченности стаи.
И скажите спасибо, что не отрывают гениталии — у шимпанзе такая расправа, говорят, в ходу. Впрочем, прогресс ведь не остановить, так что все еще возможно.
Но обогащаться при этом не возбраняется. Разумеется, если делишься с кем положено и небрезгливо делаешь груминг начальственному заду. Не борзей — и будет тебе счастье.
Не того ли жаждал вышеупомянутый партийный  (хоть и не уровня кремлевского) мечтатель 42 года назад?
Вот жизнь и устаканилась.
Все, как раньше, только без коммунистического задора, ну и, понятно, труба пониже, дым пожиже..
Для полноты картины осталось лишь захлопнуть мышеловку, но ковид это делает и без нас.
Не для всех конечно —  элитка взвалит на себя неподъемную ношу народной дипломатии.
Так что железный занавес вполне может и не подняться.
И нужно отдавать себе отчет —  никакого массового возмущения не будет.
Наоборот, многие поддержат: хватит, мол, наездились, бездельники!
Вот такая  в целом ситуация.
Некоторые в отчаяние.
Но не я: слишком давно мне стало понятна генеральная линия «внутренней партии».
Успел и отчаяться, и вновь поверить в непостижимое милосердие Истории.
Но на быстрые изменения я бы не рассчитывал — обезьяны так живут тысячелетиями.
У нас, конечно, руки покороче, а мозг побольше, но настолько ли?
И Запад в ближайшее время никому не поможет, слишком самозабвенно он погружается в свой цивилизационный кризис.
Так что, самим выживать придется.
Главное, не обрасти звериной шерстью (на чем многие настаивают) и не утратить членораздельную речь.
А там, глядишь, и эволюция подоспеет.
яя

Иду на таран (ежегодное орнитологическое - почти)

Уважаю птиц, особенно хищных.
Не столько за то, что они грызунов уничтожают (хотя это дело доброе), сколько за строгую красоту и независимый нрав. Ну, не любят они в стаи сбиваться ( несмотря на всю перспективность такой жизненной стратегии), держатся особняком.
Не скажу, чтобы пернатые хищники платили мне взаимностью, но эти постояльцы на нашем дачном участке не переводятся. А с парой небольших соколов, уже несколько лет обживающих наши ели, я почти сроднился и считаю их своим талисманом.
Именно поэтому у меня так сжалось сердце, когда я услышал отчаянный соколиный крик, в котором возмущение смешивалось с необычным для этих отважных птиц страхом.
Все понятно: в полусотне метров над гнездом нарезала круги очень крупная чайка.
Чайки — они же разбойницы, это всем известно, а в гнезде — неоперившийся еще выводок.
Страшно.
Сокол срывается с места и устремляется навстречу врагу. Лоб в лоб, клюв в клюв.
Кажется, их столкновение неизбежно и сердце мое тревожно екает — мой любимец заметно мельче пришельца, не сохранить ему перья в целости.
Но, в самый последний момент, соколок резко уходит в сторону и делает в воздухе мертвую петлю.
Чайка пытается его преследовать, но быстро выдыхается, безнадежно машет крылом и устало убирается прочь.
А сокол провожает незадачливого агрессора веселыми матюгами.
Высший пилотаж!
Разумная смелость, расчетливая отвага, ответственное отношение к себе и близким.
Учиться бы нам, учиться…
Как там дальше у Галича: а мы по ночам: «Отчизна! Тираны! Заря свободы!».
Нет, не имеет права ответственная жизнь на неоправданный риск.
Ни на войне, ни в политике, ни в быту.
Нужно уметь считать шансы, нужно побеждать, не разбивая клюв, и не ломая себе крылья.
Только такая победа ценна для двух вечных сестер: природы и истории.
А если ценой своей жизни, ценой близких, через кровавые моря и вселенские пожары...
Да понимаю я, понимаю: бывают ситуации, когда нет другого лаза в будущее, кроме как «положить голову за други своя».  Не дай бог, пробьет час — положим.
Но уж больно вошла в обиход привычка требовать подвига.
Все требуют: государство, «властители дум», революционеры, идеологи и просто «общественность»…
-- Почему ты не взошел на крест, — вопрошал меня когда-то за рюмкой чая старый товарищ.
И ведь я не рассмеялся, не возмутился — с какой это стати - а начал объяснять и почти оправдываться, почему я жив.
Помню, как удивился я в детстве, прочитав где-то (кажется, у Плутарха), о казни афинянами шести победителей-флотоводцев, разгромивших вражеский флот в битве при Аргинусских островах. Их обвинили в том, что они не оказали помощи тонущим товарищам и не подобрали тел погибших, и не совершили над павшими традиционного обряда.
Как же так, возмущался мой незрелый разум,
- Ведь главное — победа, а они победили!
И только много позже я осознал, что важна не только победа, важна ее цена.
Казненные пренебрегли не только живыми, они погубили души товарищей, не совершив над ними похоронный обряд. Погубили навечно!
Разве может быть страшнее преступление для верующего в загробную жизнь?
Тогда еще победителей судили.
Каким нелепым казалось это подростку, выросшим под лозунгом: «Мы за ценой не постоим».
Теперь я понимаю — постоим!.
Нет, не всякий героизм  нужен.
А только разумный, умелый и расчетливый.
Хватит, нажертвовались.
яя

(no subject)

Удивительно, но события 90-ых годов по прошествии десятилетий становятся не менее, а более актуальными.
Или мне это только кажется?
По крайней мере, наш с Львом Пономаревым разговор на «Эхо Москвы» в программе Владимира Кара-Мурзы-мл. «Грани времени», получился, кажется, не скучным.
Не успели внятно проговорить уроки тех драматических лет,  но об этом в другой раз.
яя

Гуманное двоедушие

Интересно наблюдать, как под давлением коронавируса с отечественного фасада осыпаются всевозможные скрепы, без которых само существование российской государственности еще вчера казалось совершенно немыслимым.
Ну, в самом деле, куда нам без «веры в Бога, переданной предками»?
Но стоило грянуть грому (причем, не самому грозному, по отечественным историческим меркам — по крайней мере, — пока), как выяснилось, что номенклатурный «мужик», забыв про крестное знамение, сломя голову бросился на поиски зонтика или подходящего дождевика.
Жизнь вечная, оказывается, для большинства не дорого стоит по сравнению с жизнью земной, конечной.
А как иначе трактовать звучащий из каждого кремлевского утюга призыв праздновать дома главный православный праздник — Пасху — Воскресение Христово?
Говорят, такого не было никогда за всю тысячелетнюю историю России.
Впрочем, и впрямь, праздники  — они больше в душе.
Честно говоря, мы и раньше догадывались, что все эти чиновничьи свечи-поклоны-целования икон и пр. и пр. не совсем всерьез. Отдельные кремлевские насельники, вполне возможно, и веруют во Христа, но далеко не все, даже не большинство. А если и веруют, то, скажем так, факультативно. То есть в порядке фольклорного хобби. С такой же истовостью, с какой они в хоккей играют.
А уж о Празднике Великой Победы и говорить нечего: это же «наше все»!
Единственный официальный праздник, действительно являющийся общенародным.
Единственный повод, выйдя на Красную площадь искренне прокричать «Ура» (а не «Долой», например).
И вот, «по многочисленным просьбам трудящихся», главный ритуал праздника —  Парад Победы, судя по всему,  решено перенести.
Я совсем не против такого решения, я — за.
Но разве можно было перенести тот знаменитый парад, что состоялся на Красной площади 7 ноября 1941 года?
Смогли бы его остановить коронавирус, тиф, холера, даже чума?
Уверен, что нет.
И не потому, что он был посвящен очередной годовщине т.н. «Октябрьской революции», а потому, что он должен был продемонстрировать всему человечеству веру руководства страны в грядущую победу над смертельным врагом.
Да и просто доказать, что вожди не сбежали — в Москве.
Это была не игра — вопрос жизни и смерти для десятков миллионов людей.
А вот все то театрализованное действо, что называется (в зависимости от политической конъюнктуры) то «суверенной демократией», то  «вставанием с колен», то «поиском общенациональной идеи»  — не что иное, как игра, причем игра нечистая, игра с краплеными картами.
Потому, что многие из «малых сих» — то есть из нас — простых людей — искренно верят в идеалы и ценности, провозглашаемые с высоких трибун. Верят в Воскресение Христово, как вечную победу над смертью, помнят о  Мае 1945 и гордятся им.
А вот те, кто сегодня, не пролив ни воинской крови, ни христианских слез покаяния, навешивает чужие ценности на свои генеральские мундиры и модные пиджаки от Бриони,  верят совсем в другое —банально —  в деньги.
И гордятся их наличием. Пока еще есть чем гордиться. Пока эти деньги еще чего-то стоят. Хотя уже не дают возможности «срочно свалить» поближе к закордонным домам и счетам. Тоже новый непривычный феномен нашей жизни
И зрелище обнажения их подлинных душевных мотивов поучительно, если не для нас  — смирившихся с тем, что бабло с крупным счетом победило добро и зло, не говоря уж об истине со всеми ее мефистофелевскими выкрутасами, так хоть для грядущих поколений.
Еще раз: я вовсе не против отмены этих массовых праздников. Даже целиком за.
Но здесь возникает огромный водораздел: существуют ли в обществе вопросы серьезнее жизни и смерти человека, есть ли ценности выше, чем здоровье и жизнь человека.
С одной стороны, современное российское государство декларирует наличие таких высших ценностей. С другой стороны— на практике получается, что нет. И в данном случае вопрос не в том, хорошо это или плохо (скорее, хорошо).  Но плохо то, что и здесь двоемыслие возведено в систему.
Многие привыкли считать, что т.н. эпоха застоя в  СССР была воплощением высшего лицемерия. Однако же, наблюдаемые в последние десятилетия события позволяют усомниться в невозможности  дальнейшего совершенствования» и в этой благородной сфере.
Наши потомки на уроках истории, может быть,  будут изучать первую четверть ХХI века, как Эпоху великого лицемерия. И дивиться примерам изощренности человеческого двоедушия.
«Какими же безразмерными лицемерами умели быть наши предки», — с удивлением и даже долей восхищения будут думать они, —  И как безжалостна оказалась к ним история».
Конечно, если рискнут так подумать, в грядущую эру всеобщего мозгового сканирования.
Но здесь моя фантазия умолкает, так далеко она не способна заглянуть.
яя

(no subject)

Большой разговор о конституционных правках и том, что происходит вокруг этого.
К сказанному ниже добавлю лишь маленький штрих: усилиями наших недолибералов, протащивших ельцинскую конституцию сквозь жерла танковых орудий, на защиту конституционного строя в России сейчас никто не выйдет.
Хотя предлагаемые поправки, вне всякого сомнения, означают для страны большой исторический шаг назад.
Увы, неважный звук— техника

https://www.youtube.com/watch?v=hZXAAF1YXrM
яя

Верхнее чутье глухого средневековья

.
Слышали об идее ввести в России пожизненное сенаторство?
Это все происходит в рамках «обсуждения» поправок в конституцию.
И в Госдуме эта инициатива, разумеется, уже нашла сторонников.
Предложил эту замечательную во всех отношениях идею научный руководитель Института всеобщей истории РАН  Александр Чубарьян.
Насколько я понимаю, речь идет об Александре Огановиче Чубарьяне — крупном специалисте в области т.н. «ленинианы». Достаточно упомянуть, что его докторская диссертация, защищенная в 1971 году, называлась: «В.И. Ленин и формирование советской внешней политики (1917-22)». Для тех, кто помнит те времена, думаю добавлять ничего не нужно.
Но я, собственно, вовсе не о «лениниане» речь веду. И некие факты из биографии инициатора идеи  упомянул лишь для того, чтобы понятнее стал социально-психологический портрет нынешних инициативщиков. Это люди с прекрасно развитым верхним чутьем — лучше всех чувствуют, куда ветер дует.
А ветер, судя по всему, дует в направлении глухого средневековья.
Потому, что пожизненное членство в верхней палате парламента — типичный пережиток феодализма.
А как же развитая и благополучная Великобритания, с ее пожизненными и наследственными пэрами, спросите вы?
Так об этом и речь: английская Палата лордов возникла, если не ошибаюсь, еще в XIV веке.  И с тех пор ее значимость в политической системе страны медленно, но неизменно, снижается. Так же, как и роль другого пережитка средневековья — монархии, чьи функции постепенно приобретают в основном церемониальный характер.
А наша любимая родина опять идет против течения: в наиболее развитых странах мира средневековые пережитки постепенно изживаются, а у нас они только набирают силу.
Не удивлюсь, кстати, если в будущем непосредственно «из воздуха» материализуется и идея наследственного сенаторства.  А что: годы идут, элита стареет, пора думать о передаче ее главного достояния — власти-собственности» потомкам. Не оставлять же их один на один с избирателем? Мало ли что.
Так что — ждем-с новых инициатив.
Все в том же направлении — в сторону глубокой архаики.
И ведь, что интересно: практически никаких протестных трепыханий против грандиозных планов дальнейшей феодализации России на горизонте не наблюдается.
Думаете, люди не чувствуют, куда катится колесо нашей истории?
Ой-ли…
А никому не приходило в голову, что сверхпопулярность комедии «Холоп» связана не только с тоской по элементарной справедливости, но и со смутным ощущением необратимости всеобщего «охолопливания»?
И не о том ли свидетельствует странная бесчувственность общества к злой и предельно вызывающей предновогодней шутке Жириновского («Крепостные, холопы»)?
Иногда создается впечатление,  что «глубинный народ» настолько замордован бедностью и бесправием, что и в самом деле готов на институционализацию отношений личной зависимости.
Лишь бы гарантировали завтрашнюю убогую пайку.
Дай бог, чтобы я ошибался.
Но пока, разворачивающееся шоу «обсуждения поправок» наводит на самые грустные размышления.