Category: общество

яя

Верхний пост

В комментариях  возникают недоразумения. Чтобы каждый раз одно и  то же не проговаривать, пишу сюда.  

С кем я не воюю и никогда не воевал:

Collapse )
  • Current Mood
    busy
яя

(no subject)

Сам не смотрел, ибо совсем много букв. Длинный и несколько хаотичный разговор о том, что было, есть и чем сердце успокоится. Хаотичный — из-за участия трех человек с разными политическими взглядами. Тем не менее, о планах конституционной реформы и ее возможных последствиях я сумел сказать.
Кстати напомню для особо забывчивых: первую «конституционную революцию» (1993 г.) страна еле пережила, а сотни людей погибли. Конституция, в которой была и частная собственность, и реальная многопартийность и многое другое, что особо забывчивые предпочитают еще «более лучше» забыть. Которая спокойно и вдумчиво готовилась профессионалами к дальнейшим изменениям.
Торопливо выплеснули тогда и самое ценное, что было на тот момент в действующей конституции — реальный контроль законодателей над исполнительной властью и подлинную независимость суда.
Извлекли ли из прошлого уроки? Едва ли.




https://www.youtube.com/watch?v=zTnc1dS3N1Q
яя

Личное мнение коммуниста

К предыдущему и еще более предыдущему. ) Воспоминание, в котором один к одному отражается сегодняшний странный день. Начало горбачевской перестройки. Никто ни во что не верит, хотя дышать стало легче и веселее. Не верят ни в коммунизм, ни в социализм, но не верят и в возможные перемены.  Бесполезно, все будет то же самое,одна болтовня, ничего не изменится. То есть все то же, что слышим сейчас от тех, кто разочарован или от тех, кто хочет сидеть на попе ровно. Ровно то же самое.
К этому добавляется странное представление о перестройка и переменах. Вот прилетит счас волшебник в голубом вертолете и бесплатно подарит кино: всех желающих пустит в президенты, а остальные посыпят  голову пеплом и отправятся сами пешком в сияющий град Гаагу. Вроде взрослые люди, но детский сад, младшая группа.
А теперь к самой истории. Итак, начало горбачевской перестройки и никто ни во что не верит. Мы с университетским приятелем Сашкой тоже не верим, но интересно же проверить. И решили мы создать в СССР легальный политический клуб «Альтернатива».
У райкомовских-обкомовских деятелей от нашего предложения волосики встали дыбом.
- Но ведь генеральный секретарь КПСС приветствует  политические дискуссии! —  настаивали мы.
Партийные чиновники мялись и давились, пока один не выдержал:
- Это личное мнение коммуниста Горбачева! — выпалил он. И сам себя испугался
И тут я поверил. Немыслимая фраза. Можете вы представить себе "личное мнение дорогого Леонида Ильича, а я выполнять отказываюсь"? Или "личное мнение товарища Сталина"? Можете вы представить себе что-то подобное из «личного мнения» хотя бы работника АП? Не говоря уже О?

И мы поверили. И клуб начал работать.  А потом — ЛНФ, который сыграл немалую роль во всех последующих событиях. А Сашка стал уважаемым Александром Николаевичем Беляевым, председателем Ленсовета, вторым человеком в городе после Собчака (потом и сенатором). А я стал тем, кем стал, ибо по дурости карьерой не слишком интересовался, но это мои проблемы. И изменения в стране произошли кардинальные — это мягко говоря, с разной степенью прекрасного и ужасного, перелопатившего миллионы жизней.
Когда сейчас говорят,что ничего не изменится, я готов согласиться в той мере, в которой вообще в мире по человеческой сути мало что меняется, только маятник политический ходит туда-сюда. И позиция неучастия ни в чем мне тоже понятна.
Ну а те, кто амбициозен, энергичен — прочитайте эту историю. Она не в рамах «хорошо-плохо» или "как надо", она о том, что всё, черт побери, может измениться. Неизвестно в какую сторону, без гарантий ни на что, но сейчас это именно тот случай.
Ключевое слово здесь: «без гарантий».
яя

Ребус постылой жены

Ну что, давайте разбираться в конституционном ребусе, который предложил нам  Владимир Путин.
Делать это придется довольно энергично, поскольку в Совете Федерации уже заявляют, что голосование по поправкам в Конституцию пройдет до 1 мая текущего года.
То есть на все: подготовку поправок, их обсуждение, определение формата и процедуры голосования, практическую подготовку голосования и подведение его итогов отпускается три с небольшим месяца.
Власти не просто спешат — спешат лихорадочно.
С каким форс-мажором связана такая спешка, я не знаю, но не сомневаюсь, что для этого существуют очень веские причины. Возможно, они всплывут на поверхность, а могут и остаться (по нашей доброй национальной традиции) тайной за семью сургучными печатями.
Первое и главное, на что я хочу обратить внимание: речь идет не о каких-то незначительных поправках в основной закон страны, а фактически о принятие новой конституции.
Смотрите: было предложено ни много ни мало 15 (пятнадцать!) позиций, по которым конституция нуждается в корректировке.
Они касаются, как минимум, шести-семи из девяти глав Первого (актуального) раздела основного закона.
А может быть и всех девяти глав, в том случае, если наши  рьяные законотворцы пойдут на корректировку статьи 15 главы 1 «Основы конституционного строя» в части приоритета норм международного права.
Тогда им придется изменять и главу 9 «Конституционные поправки и пересмотр Конституции». По крайней мере, такова элементарная правовая логика.
Конечно, мы живем в России, где Конституция испокон веков считалась всего лишь женой Константина (наверняка — постылой). Где на всякую правовую логику можно смачно наплевать слюной. И просто проигнорировать прописанные в Конституции правила и порядок ее изменения. Но, хочется надеяться, что до этого дело не дойдет. Все-таки, не 1993 год на дворе.
Итак, планируется внести изменения почти во все главы действующей конституции.
Причем, эти корректировки после их утверждения, изменят всю систему государственного устройства России, включая базовые принципы, на которых она строится.
В том числе, принцип разделения властей (право отстранять от должности судей).
Вы скажете, что де-факто никакого разделения властей в нашей стране не существует, и будете правы.
Ну так де-факто у нас и гражданских прав никаких нет, кроме права иногда выпить и закусить.
А с предполагаемым  возвращением вытрезвителей и эти право окажется под вопросом.
Однако де-юре некоторые права есть, и отдельным особо дотошным гражданам изредка удается ими воспользоваться.
То же и с разделением властей: де-факто его нет — всем распоряжается Администрация Президента.
Но де-юре оно существует и позволяет общественности учинять скандал в отдельных случаях вопиющего вмешательства чиновников в дела судебные.
К тому же, конституционный принцип разделения властей обозначает некую идеальную цель, к которой следует стремиться. И отказ от него будет означать глубокую деградацию всей ценностной системы.
Поэтому, я бы не стал отмахиваться от этих  поправок, за их (якобы) незначительностью.
Они не просто серьезны — предлагаемые поправки носят принципиальный характер.
Давайте рассмотрим самые существенные из них.  Это скучно, но важно.

  1. Отказ от зафиксированного в в статье 15 главы 1 Конституции принципа приоритета норм международного права над нормами внутреннего законодательства (в случае противоречия между ними). Очень серьезная заявка с далеко идущими последствиями. Поставит под вопрос всю систему международных договоров РФ.Но самые неприятные из возможных последствий: выход из под юрисдикции Европейского суда по правам человека и возвращение к практике смертной казни. Тем более — многие жаждут.

  2. Запрет на двойное гражданство (включая заграничный вид на жительство) для высокопоставленных госслужащих . Мера, конечно, не либеральная, но узконаправленная.  Для рядового гражданина серьезных последствий иметь не будет.

  3. Самое обсуждаемое из предложений — не более двух президентских сроков (без слова подряд) - наконец озвученное Путиным. Хотя и не совсем четко сформулировано. Возможны толкования. Но будем надеяться.

  4. Введение единой системы публичной власти во всех субъектах федерации. Единые нормы взаимодействия государственных и муниципальных властей. Звучит неплохо, но что будет означать на деле, не повлечет ли за собой сворачивание прав местного самоуправления, без расшифровки сказать трудно.

  5. Повышение роли губернаторов — слишком общая формулировка.

  6. Включение Госсовета в систему конституционных органов власти — не понятна его роль и компетенция. Остается только гадать.

  7. Ответственное перед Государственной Думой Правительство (насколько я понял — без силового блока).  Хотя очень много вопросов по процедуре, но в любом случае — можно только приветствовать.

  8. Расширение полномочий Совета Федерации (консультации по силовым министрам, назначение прокуроров субъектов федерации, отстранение от должности судей Конституционного и Верховного судов). Очень спорное  и опасное предложение, особенно с учетом абсолютно бюрократического характера формирования СФ).

  9. Некоторые изменение полномочий Президента (сужение в части формирования правительства, расширение по ряду других вопросов). С одной стороны, с другой стороны… Зависит от формулировок.

  10. Расширение полномочий Конституционного суда (при одновременном усилении контроля за судьями). Нуждается в уточнение и детальном обсуждении.

Как видите, изменения очень серьезные, долгоиграющие (рассчитанные на постпутинские времена) и неоднозначные.
По некоторым из них гражданское общество должно немедленно бить в набат, добиваясь отказа от них, или основательной корректировки. Другие вполне заслуживают поддержки. По третьим ничего нельзя сказать, не зная в каком виде они будут сформулированы.
А время поджимает.
И если либеральная общественность уклонится от активного участия в разворачивающейся дискуссии, или ограничится тотальной критикой, последствия могут быть катастрофическими.
Поправки (фактически новая конституция) все равно будут приняты, причем в самом неудобоваримом варианте.
Вот в этом можно не сомневаться.
А общественно-политический климат в России на многие десятилетия окажется в состоянии глубокой заморозки.
И наоборот: при активном включении в конституционную дискуссию различных общественных слоев (а призывы к этому прозвучали) можно не только повлиять на обсуждаемые формулировки, но и существенно поднять степень политической раскованности общества, избавить его от комплекса неполноценности.
Время дорого.
И еще: хоть какая-то рябь по воде пошла.
А то ведь совсем гнилая вода была в болоте. даже лягушки не квакали.
яя

(no subject)

Дежавю в Стране невыученных уроков.
Такое чувство, будто история остановилась, будто никогда ничего не изменится.
Пройдут века, но Россия останется все тем же замерзшим прекрасным лебединым озером, с огромной бензоколонкой на берегу, с наглыми вороватыми управляющими и хмурыми, до зубов вооруженными охранниками.
Перед въездом в эту необъятную бензоколонку всегда будет красоваться потрепанный плакат «Особый путь», требующий от водителя осторожности на поворотах, а вдоль дороги, вперемежку с еще живыми, будут стоять мертвые с косами, напоминающие о нашей неоднозначной истории.
И это — навсегда.
Классический случай дежавю.
Вот точно тоже самое я ощущал сорок лет назад.
Казалось, что «дорогой Леонид Ильич» никогда не уйдет на покой и вечно будет украшать своей монументальной фигурой трибуну очередного съезда КПСС, невнятно рапортуя об очередных достижениях. И чем пространнее будут эти доклады, тем крепче станет мировая система социализма, тем тверже будет нерушимый союз братских народов.
Помню с каким удивлением мы обсуждали новости из Польши о массовых забастовках на гданьских верфях.
Немногочисленные счастливцы, бывавшие в Польше, только разводили руками: «Чего им не хватает? Живут получше нашего». И все соглашались с тем, что уж где-где, а в России-матушке ничего подобного случиться не может.
И вот опять, через сорок лет, это обманчивое ощущение тоскливой вечности.
Но теперь уже опыт подсказывает, что чем стабильнее стабильность, тем неожиданнее будут перемены.
И чем сплоченней сегодня  ряды, тем ожесточеннее завтра свара.
И понимание того, что ты никак не можешь на это повлиять, поскольку у тебя никто не спросит согласия на съемки второй серии авантюрного фильма «Жизнь в эпоху перемен».
И ясно, что тебе уготована, в лучшем случае, роль в массовке. Да еще и сценарий с двойным дном и написан симпатическими чернилами.
А на главные роли уже подбирают перспективных исполнителей с твердыми коленями и жесткими локтями, с которыми не дай бог познакомиться в узком переулке Страны невыученных уроков.
Говорили тебе умные люди в свое время: воруй, пока само в руки идет, а ты нос воротил.
Говорили — уезжай, пока ноги молодые.
А ты все бормотал, что где родился, там и сгодился.
Теперь пришло время расплаты за наивность.
Сиди и жди, когда все рухнет тебе на голову, и новые комиссары в пыльных шлемах переступят через похныкивающие остатки твоего поколения.
Но самое удивительное в том, что многое понимая и предвидя, я все равно жду наступления грядущей эпохи перемен.
В которой, как говорят китайцы, не дай бог жить нормальному человеку.
яя

(no subject)

С благодарностью поздравившим. Как-то незаметно накапало 63. Немного, вроде, а за спиной целая жизнь.
И голова уже повернута не столько вперед, сколько назад — к воспоминаниям.

Знаю, что это неправильно — пока живу — надеюсь.
И все же, все же — с каждым следующим годом XXI века убеждаюсь, что остаюсь человеком навсегда ушедшего века — XX.

Согласен, это был жестокий век: чудовищно кровавый, маскулинный и совсем не толерантный.
Но, может быть, именно поэтому в нем оставалось столько места для надежды на перемены к лучшему?

И вот огромные перемены произошли, но оказались не столько переменами, сколько подменами. А надежды ссохлись до размеров тсантсы — маленьких сушеных голов, которые умеют делать некоторые индейцы. Говорят, эти тсантсы сохраняют черты лица умерших хозяев. Только в миниатюре.

Так и наши надежды: они почти те же самые, что и 30 — 40 лет назад.
Только усохли изрядно: будущее превратилось в продолженное настоящее, счастье— в благополучие, процветание — в стабильность, а справедливость — в «бери по чину».

Некоторые из нас еще делают вид, что живут в соответствие с убеждениями, хотя на самом деле все мы вынуждены жить по-понятиям. И не осудишь — такова реальность.

Как реальность и то, что Черное и Белое поблекли на фоне остальных цветов и 666 оттенков серого. )) А ведь еще вчера были. Правда, их периодически меняли местами, но «хорошо-плохо» еще как-то фигурировало и в личных, и в общественных представлениях. Даже ложных.

Но все покрывается прогорклой коркой лицемерия, совсем как на исходе «застоя», только без наивных надежд на очередную оттепель.

Наступил суровый век трезвости; не потому ли наши соотечественники стали заметно меньше пить?

Впрочем, может быть в этой новой трезвости и зреет зерно новой, неведомой нам — заскорузлым людям ХХ века — надежды.
Надежды не на всех, а не себя, не для всех, а лишь для конкурентоспособных. А мы останемся пережитками прошлого.

Так мне иногда кажется, когда я вглядываюсь в лица внуков — такие родные и одновременно такие непонятные, недоступные для моего мысленного сканирования.

Я их уже почти не понимаю, лишь чувствую теплую родственную связь, да слегка завидую их способности плавать в еще только нарождающемся новом мире, как рыба в воде.

За них — людей ХХI века — я и буду пить в Новогоднюю ночь.

Всех с праздниками — наступившими и наступающими!

яя

Герои нашего времени (по полемике, начатой Андреем Илларионовым)

Народ постарше, наверное, помнит, с чего начиналась эпоха перемен и потрясений.
Как там в песне поется: «Ты помнишь, как все начиналось? Все было впервые и вновь».
Впрочем, не уверен, что все помнят —  постоянно сталкиваюсь с примерами поразительной забывчивости даже очень памятливых людей. Тут, например, один из талантливейших московских журналистов, справедливо возмущаясь нынешними беззакониями, как бы между делом, замечает: «При Ельцине, кажись, не было откровенных политических убийств».
Видите, какая дырявая память у человека: все помнит, даже то, что происходило сто лет назад — спросишь — от зубов отскакивает — а то, что прямо на его глазах — четверть века назад  —  увы.
Прямо как в «Джентльменах удачи»:: «Тут  — помню, тут — ничего. Век воли не видать».
Я ведь даже не о массовых убийствах 3-4 октября 1993 года речь веду.  Многие либеральные гуру их и за убийства-то не считают, дескать — «подавление  мятежа».  Подтасовка, конечно,  но тут хотя бы мотивы понятны.
А как может многолетний обозреватель газеты «МК»  забыть про убийство журналиста этой же газеты Дмитрия Холодова?  Или не счесть его политическим?
Очень странно.  Нет правдоподобного объяснения. Или, все-таки, есть некие причины забывчивости?
Впрочем, меня-то интересует не столько конкретная забывчивость отдельного журналиста, сколько общая проблема избирательности исторической памяти российского политического класса.
Возвращаясь в самое начало эпохи перемен, отчетливо помню звучавшие сверху призывы обратиться к неким «ленинским принципам»  в общественно-политической жизни.
Подробно расшифровывать этот слепленный по законам новояза лозунг нет нужды.
Ведь в новоязе имеет значение не формальный смысл фраз, а их подразумеваемая подоплека.
В данном случае, слово  «ленинский»  является антонимом «сталинскому». «Ленинский» — коллективистский, научный, гуманный. «Сталинский» — авторитарный, волюнтаристский, бесчеловечный -так в коллективном бессознательном держалось довольно долго.
«Помилуйте, — удивится мало-мальски осведомленный в истории человек, — ну, допустим, «коллективистский» ,(строго внутри партийного руководства), «научный» —  лишь при условии придания статуса науки т.н. «научному коммунизму», но «гуманный» , в условиях гражданской войны и красного террора — побойтесь бога!
Но в том-то и дело, что конструкторы лозунгов интересовались не истиной, а исключительно политической конъюнктурой. Внутри КПСС шла борьба между условно либеральным и условно консервативными направлениями.
«Консерваторы» молились на Сталина, а «либералы» били их ленинским «Письмом к съезду».
Отсюда и противопоставление «хорошего» Ленина, воплощавшего относительную революционную свободу (для революционеров, но не для их противников), «плохому» Сталину, символизирующему жесткий орднунг нового государства.
Какое все это имеет отношение к сегодняшнему дню?
Самое непосредственное.
Не мною придумано, что отечественная история ходит по кругу.
Противопоставление ниспровергателей охранителям, вновь оказалось чрезвычайно востребованным..
В этом качестве знаменитая пара: Ленин — Сталин продолжает триумфальное шествие по нашей стране.
Для некоторых патриотов-государственников всякие ниспровергатели (включая Ленина) являются посланниками ада, а строитель советской империи Сталин — достойным канонизации святым.
У либералов отношение к Ленину более терпимое (хоть и коммунист, что, разумеется не комильфо), ну а про Сталина все рассказали Солженицын да Галич. — зло, как оно есть.
Понятно, что никакого отношения к истории, как науке, борьба этих идеологем не имеет.
Но меня в данном случае интересует не столько драматургия ленинско—сталинского позиционирования в общественном сознании, сколько появление новых парных героев современной мифологии.
А это совершенно естественно, коль скоро наш народ воспринимает политику, как борьбу персонифицированных мифов.
Давайте вспомним: сначала Горбачев (консерватор) — Ельцин (прогрессист) — современная российская «Илиада», где роль Елены пришлось сыграть непритязательному русскому народу, а обреченной на разрушение Трои — Союзу ССР.
Потом — Ельцин (разрушитель) — Путин (собиратель).
А как иначе, если распад СССР — «крупнейшая геополитическая катастрофа»?
Но тут полярность не может быть доведена до логического завершения, поскольку в памяти народной факт преемничества, что называется: «не вырубишь топором». И эти психологические постромки оборвать не получается.
Но либеральную общественность такой набор мифологем явно не устраивает.
В этом списке она не находит своего аутентичного героя.
Казалось бы, Ельцин — рыцарь на белом коне, пронзающий дракона коммунизма.
Все бы ничего: даже расстрел парламента и провальная война в Чечне ему бы простились.
Но тот факт, что он «породил» Путина оказался несмываемым пятном на белоснежных одеждах «могильщика тоталитаризма».
Но свято место пусто не бывает, и на вакантное пьедестал либерального героя начали выдвигать Егора Гайдара.
«Спаситель России от голода», «творец рыночной экономики» и даже «либеральный святой» — вот далеко не полный перечень хвалебных эпитетов, которыми награждают его системные либералы.
И совершенно не существенно, какова подлинная роль Егора Тимуровича в принятии тех или иных исторических решений. Покровительствовал ли он «бывшим» чекистам, был ли повязан в коррупционных схемах, призывал ли к кровавым событиям  — все это в либеральном мифотворчестве частности. Существенно, что он волею обстоятельств оказался фактическим главой первого «правительства реформаторов» (независимо от переживания и результатов этих реформ).
Время Гайдара — золотой век отечественных системных либералов, время, когда они, казалось бы, оседлали строптивого коня истории: деньги, слава, власть!
И потому, несмотря на убедительность немногочисленных либеральных критиков Егора Гайдара как политика, всякие попытки оспорить безупречный облик «рыцаря русского либерализма», боюсь, обречены на провал.
Разве может конкурировать с ним скромный академик Сахаров (во внезапном противопоставлении Илларионова?)
Кем были нынешние либеральные гуру в годы его героического противостояния с тоталитарной системой?
В большинстве — младшими научными сотрудниками, комсомольскими секретарями да рядовыми журналистами.
А при Гайдаре они вспорхнули прямо в Историю.
Такое не забывается.
Да, честно говоря, именно в этом выборе, на мой взгляд, и раскрывается сермяжная правда  современной истории России.  Егор Гайдар, вне всякого сомнения, входит в пантеон святых постсоветского системного либерализма — циничного, коррумпированного и бесчеловечного.
Каков этот псевдолиберализм — таковы и его «святые».
Впрочем, кто знает, может быть XXI век подарит нашей стране образцы подлинного либерализма — в своей первооснове идеологии свободы, законности и человеческого достоинства.  И вот тогда либеральный иконостас приобретет своих реальных героев.
Но без мифологем и странных противопоставлений нашему обществу, кажется, все равно будет не обойтись.
яя

О личности и о культах

До чего же живучи в народе мифологические стереотипы.
Натолкнулся случайно на ролик в инете, рассказывающий о «подмене Путина».
Ужас, ужас, ужас: царя подменили, страной правят клоны, двойники, или неведомые личности в силиконовых масках.
Миллионы просмотров.
Народная истерика, старинная забава: царь не настоящий!
Унылые интеллигенты рассуждают об институтах, гражданском обществе и разделении властей, а народ, как во времена Петра I, больше всего озабочен подлинностью самодержца.
Настоящий Путин обитает в Кремле, или не настоящий? Вот в чем вопрос, оказывается.
Казалось бы, какая разница, результаты-то налицо. Не все ли равно, чья рука поставила подпись, скажем, под законом о реформе пенсионной системы?
Но, видимо, для «глубинного народа» это имеет значение.
В том же смысле, что и века назад:  настоящий, природный барин имеет безусловное право выпороть холопа.
А самозванца холоп порвет на части.
Тут воленс-неволенс на ровном месте возникнет культ личности.
Но разве только «глубинный народ» гипертрофированно воспринимает роль личности в истории?
А прогрессивная общественность  — нет?
Она, родимая, трезво ли отдает себе отчет в том, что короля играет свита?
Что, чем больше начальник, тем меньше он осведомлен о жизненных реалиях  и, следовательно, тем больше зависит от информации, подаваемой аппаратом?
Что именно в авторитарных режимах произвол рядовых чиновников обычно достигает апогея?
Что, наконец, главная историческая задача любого диктатора — стать после ухода в политическое небытие козлом отпущения для многочисленных «простых исполнителей», которым «приказали», «заставили», «принудили» , а сами бы они ни за что…
Чем же тогда объяснить отчаянные споры на тему «кто виноват в приходе к власти имярека»?
Как будто все дело в личных особенностях этого человека?
А если бы на его месте оказался другой — тут бы сразу среди кисельных берегов разлились молочные реки.
Так, выходит?
Тогда в чем принципиальная разница между «глубинным» и «поверхностным» народом?
Может быть, лишь в наборе мифологем?
яя

(no subject)

Вот не хочется верить в мистический смысл незначительных на первый взгляд событий, но если каждое лыко — в строку — никуда не деться от ощущения, что чья-то невидимая рука указывает нам на приметы будущего.
Например: в городе Александрове, на заболоченном берегу речки Серая, открыли- таки памятник Ивану Грозному.
Открыли после долгих колебаний, связанных с возмущением либеральной общественности.
Открыли именно в тот год, когда, по прогнозам демографов, в стране ожидается рекордная убыль населения.
Я не специалист, и не берусь судить о роли царя Ивана IV Васильевича в отечественной истории.
С одной стороны, с другой… Реформатор, палач…
Давненько дело было, темна вода во облацех.
Но вот о том, что в городе Александрове (несколько лет являвшемся фактической столицей России) зарплата в 15 тысяч рублей нынче считается вполне достойной, я знаю определенно.
И что мусорная свалка на въезде в город продолжает расти ( а неподалеку — в городке Карабаново открывают еще одну).
И, что все крупные предприятия в этом районном центре давно закрыты.
А ведь были там крупные заводы: до революции — патронный, там, кстати, работал муж Анастасии Цветаевой, поэтому и Марина там жила с сестрой.

В советское время — радиозавод, выпускавший легендарный телевизор «Рекорд».
Закрылся.
И даже  не менее знаменитый ликеро-водочный закрылся.
Молодежь убегает в Москву — в Александрове приличной работы не найти.
Дороги  в городе, постоянно ремонтируемые, остаются разбитыми, как после бомбежки, а по улице с гордым названием «Перспектива» в непогоду может проехать лишь внедорожник. (а это разве не символично?)

И это при том, что в Александров никогда не ступала ничья чужая нога, никакого врага. Ни поляков, ни французов, ни немцев. И даже иго не сильно коснулось.
Памятник-то установили, а вот улица «Перспектива», боюсь, никогда не будет заасфальтирована.
И перспективы борьбы со свалками весьма туманны.
Разумеется, это не вина Ивана Васильевича.
Это наши проблемы.
Мы, игнорируя реальность, живем в мире мифов и символов.
Боремся не столько за качество дорог, сколько за (или против) установки памятников.
Гордимся (или ужасаемся) прошлым, но игнорируем настоящее и боимся заглянуть в будущее.
Боремся за статус сверхдержавы, но не можем обустроить российскую провинцию.
Бьемся с мертвыми или бьемся за мертвых, но не замечаем реального живого человека, не уважаем и не считаемся с ним.
Глупость? Злонамеренность? Заговор?
А, может быть, просто — анемичность, бессилие?
Ведь гораздо проще поставить памятник, чем восстановить завод.
Проще воевать за маленькую Сирию, чем обустраивать огромную Россию.
Вот вам памятник — и не требуйте хороших дорог, вот вам геополитика — и не жалуйтесь на плохую медицину.
Но не подумайте, что я за снос памятников — я за строительство больниц и заводов.
И установка памятника Ивану Грозному не вызывает у меня ни радости, ни возмущения  —  а лишь ощущение присутствия на одном и том же, веками разыгрываемом мрачном спектакле.
Да еще скверные предчувствия.


П.С, Московская мэрия обнародовала примерную схему вывоза городского мусора.
На долю Владимирской области приходится более миллиона тонн отходов в год.
В области примерно десять мусорных полигонов, из которых два — в непосредственной близости от Александрова.
Если распределение отходов будет равномерным, туда будет вывозиться двести тысяч тонн всякой гадости в год.
Власти Владимирской области божатся, что не примут отходы, но куда же они денутся из подводной лодки?
На въезде в город уже сейчас возвышается внушительный холм, над которым вьются многотысячные каркающие птичью стаи. Что же будет через пару лет? Казбек? Эверест?
На этом фоне Иван Васильевич, боюсь, совсем затеряется.
яя

(no subject)

Некоторое время назад перестал писать некрологи, хотя уходят сплошь знакомые лично люди. Но в данном случае показалось важным написать. Даже не некролог, ибо особо  хорошего про Лужкова сказать ничего не могу, но и плясать на могиле не буду.
Фигура Лужкова важна для осмысления очень важных вещей, которые произошли в обществе и  сознании людей.
То, что Лужков — типичное дитя номенклатуры — это понятно. Пограбил он знатно, но старался оставаться «близким к народу»  —  вот он, свой, в кепке, нужды людские понимает. Казалось бы — «свой в доску простой русский мужик»,  но при этом — обласканный любимец всех диаспор. Был абсолютно беспринципен: утром клялся в верности родной коммунистической партии, в полдень орал «Ельцин, ура, мы демократы», тут же не отходя от кассы организовал страшное кровопролитие на улицах Москвы, а ближе к вечеру уже бегал вокруг меня, предлагая коалицию. А потом вдруг стал официальным государственником.
Вряд ли это — свидетельство глубокой и сложной натуры. Скорее,  Юрий Михайлович и впрямь был плоть от плоти номенклатуры. Выразителем всех ее «идей» и чаяний - причем, крайне удачливым. Особенно в денежном выражении.
Впрочем, была у него, пожалуй, одна постоянная пламенная страсть — искренняя и незатухающая лютая ненависть к Чубайсу. 
Лужков был одним из создателей мафиозного государства, в котором мы все имеем веселое счастье жить. Но напомню: его предшественник, еще один, Великий Демократ Гавриил Попов и вовсе предлагал официально узаконить взятки.
Лужков был и одним из отцов полной распущенности, коррупционности и  вседозволенности спецслужб. И ОМОН при нем зверствовал так, что нынешние —  прямо детишки в сравнении.
При этом — кровавым маньяком он не был. Мог даже помочь  если к нему «с должным уважением» и челобитной. Каким он был как «московский царь и бог» — судить коренным москвичам. Я знаю Москву с юности, этого недостаточно. Да и сравнивать теперь есть с чем. Сколько денег ушло и уходит в карманы ненасытных — даже предположить трудно. Кстати, вдова Лужкова — мультимиллиардерша «дорогая Елена Николаевна » — моложе многих из нас. И, как водится, «дома, деньги»  — все за рубежами нашей многострадальной родины. Всё, как им всегда положено, ничего старого, ничего нового.
Собственно, это то, что останется в учебниках истории. При любой власти — ибо чужие грехи никакой власти не нужны. А новые постсоветские мафии буду изучать историки-профессионалы.
Возможно, у многих может быть «личная память», и, соответственно личное хорошее отношение к ушедшему. Одно другому не мешает и  не отменяет объективной истины.